Вздохнув, Безымянный решил отложить исследование древних подземелий до лучших времён. Решение это далось ему нелегко. Чтобы как-то компенсировать разочарование, он немного поковырял стену в брошенном забое прихваченной по пути киркой, оставленной каким-то беспечным рудокопом на видном месте. Не найдя ничего интересного, прислонил, вопреки обыкновению, кирку к стене и двинулся на поверхность. В конце концов, чем Чёрное ущелье хуже старинного рудника?
* * *— Эй, служивые! — обратился Избранный к стражникам, охранявшим выход в ущелье. — Как бы мне эту дверку открыть?
Ополченцы, лениво резавшиеся в кости возле караулки, с удивлением подняли головы.
— Ты смотри, ещё один самоубийца! Давненько желающих выйти за стену не находилось, — протянул десятник. — Что-то во время службы в Хоринисе я не замечал в тебе особого желания распрощаться с жизнью. Что, не лёгок он — хлеб паладина?
— Ой, не лёгок! — закатил глаза Избранный. — Прям жить невмоготу! Меня в том ущелье хоть быстро прикончат-то?
— Это уж как кости лягут, — ухмыльнулся стражник. — Я твои кости имею в виду, а не эти, — кивнул он на кружку, которую потряхивал в руках один из его подчинённых.
— А чего там такого страшного?
— Да демон его знает, — пожал плечами десятник. — Остеров и снепперов полно, мы их с вышки каждый день видим. Охотники и старатели, когда они туда ещё пытались забираться, рассказывали, что и тролль там обитает.
— Чёрный?
— Обычный, вроде. Но кроме зверья ещё нечисть какая-то водится. Там развалины будто бы древние. Вот в них исчадья Тьмы и обитают.
— Исчадья, значит…
— Дверцу-то открывать, или ты уже передумал?
— Открывай!
— Ну, ладно, сам напросился. Вот до чего Хаген своих вояк довёл — сами в пасть к Белиару лезут! — пробормотал десятник, гремя ключами.
* * *— Эй, стража! Калитку отоприте, нам пройти нужно!
— Во, глядите парни! Сегодня, видать, самый лучший день для завершения жизни. Самоубийцы в ущелье так и прут!
— Должно быть, им маги сказали, что нынче у Белиара в Чертогах пирушка намечается, вот они к нему и спешат! — гоготнул один из стражников.
— Умные больно! Хватит ржать, открывайте дверь!
— А, в самом деле, чего это вас в ущелье сегодня так тянет?
— Кого это "вас"?
— Да вот только что паладин туда полез, который в прошлом году из стражников выслужился. Теперь вот — вы…
Пришедшие многозначительно переглянулись.
— Не знаю, чего там паладину понадобилось, а у нас заказ на шкуру тролля. Так что не отнимайте время, а то сбежит зверина!
— Как же, сбежит он! Сами-то сбежать от него сумейте! — копаясь в замке, проговорил десятник. — Ступайте, раз жизнь не мила! Нам-то что? Наше дело — чтобы оттуда ничего не пролезло. А туда — пожалуйста!
Открыв низкую дверь, он посторонился, пропуская охотников на тролля. Несколько человек поочерёдно проскользнули в проём.
— Ежели вдруг назад живыми вернётесь — постучите! — Напутствовал их ополченец, — Откроем…
* * *Белого остера Избранный нашёл достаточно быстро. Тот, в компании трёх своих собратьев обычного тёмного окраса, обгладывал чьи-то крупные кости в низинке между уродливой отвесной скалой и рощицей мрачно-зелёных елей. Идти в одиночку против стаи свирепых двуногих ящеров — самых опасных хищников острова — было чистым безумием. Вот если только…
Вскоре Избранный подкрадывался к скале, нависавшей над местом пиршества остеров. Через ручей, отделявший его от цели, он перебрался удачно. Прячась за камнями и жидкими кустиками, подобрался ближе. Теперь от скалы его отделяло саженей семь открытого, заваленного чёрно-серым щебнем пространства. Избранный залёг за последним камнем, способным предоставить укрытие от зорких глаз хищников, и стал осматривать скалу. Почти сразу же он заметил подходящий уступ, до которого можно было допрыгнуть, зацепившись руками. Распластываясь по неровной поверхности, выверяя каждое движение, он пополз вперёд, то и дело оглядываясь на хищников. Особенно трудно было двигаться бесшумно — пластинки и кольца доспеха, соприкасаясь со щебнем, издавали звон и скрип, приглушить который можно было, лишь двигаясь особенно плавно и медленно.