В итоге этой драмы Гатана стала женой купца Титуса, к которому не испытывала никаких чувств, кроме, разве что, благодарности. Нельзя сказать, чтобы Грош, прозванный так за прижимистость, плохо с ней обращался. Но и душевной теплоты между супругами не было. Чтобы избежать мести со стороны герцога, Титус был вынужден больше года жить на своём когге вместе с женой, проводя всё время в плаваниях. На Заатан он заходил лишь изредка, чтобы совершить необходимые торговые сделки, повидать друзей и родных. Хло, искренне привязавшаяся к Гатане, не захотела с ней расставаться. Она, конечно, прекрасно понимала, что не ровня родовитой варрантке по социальному положению. Какие бы несчастья не сваливались на прекрасную дочь пустыни, она оставалась представительницей одного из знатнейших родов своей страны. Поэтому Хло обрадовалась, когда Гатана уговорила Титуса нанять её в качестве служанки. Купец, несмотря на прижимистость, не смог отказать молодой жене. Тем более что жалование новая служанка запросила более чем скромное.
Все эти подробности Рен узнал не от Хло, а от моряков из команды "Заатана". За недолгое время, проведённое в пиратском лагере на берегу Питхорма, парни стали относиться к Морскому Дракону с большим доверием. Было у него такое свойство — располагать к себе людей.
— Что, так и будешь стоять, как истукан? — вывел Рена из краткой задумчивости голос Хло. — Ты что-то хотел сказать?
— Я? Нет… Ничего, — смешался молодой пират. — То есть, хотел спросить, где Рагдар, Удан и Сегорн…
— А почему ты ищешь их здесь? — вскинула брови девушка в притворном возмущении. — Они, как обычно, дрыхнут в своей хижине. Неужели ты думаешь, что госпожа решила поселить их у себя?
— Нет-нет… Что ты! С-спасибо… — покраснел Рен.
Развернувшись на пятках, он бросился к хижине моряков. Едва он успел сделать несколько торопливых шагов, навстречу, позёвывая, вышел из хижины Удан.
— О, Рен! Привет. Куда это ты в такую рань? — приветствовал он пирата.
— За вами. Вы ещё не передумали поступать под начало Грега?
— Он согласился нас взять? — возникла из-за плеча Удана голова Рагдара.
Оба этих парня были южане, как в Миртане обычно называли жителей Южных островов. Было им лет под тридцать. Крепкие смуглые торсы, жилистые руки и увесистые кулаки свидетельствовали о привычке к труду и драке. Рагдар происходил из какого-то островного племени. Лицо его украшала татуировка не менее затейливая, чем у Аллигатора Джека, а голова была гладко выбрита. Удан же был из числа "омиртанившихся" островитян. Узоров на его щеках не было, зато он носил короткую стрижку и маленькую бородку клинышком.
Пока Рен наслаждался созерцанием радостного изумления, изобразившегося на смуглых физиономиях будущих пиратов, из хижины выбрался Сегорн. Он раздвинул плечами приятелей, на ходу собирая в пучок на затылке длинные светлые волосы. Лицо его было хмурым и заспанным.
Внешне этот парень представлял собой полную противоположность двоим южанам. Кожа его была белой, глаза голубыми, а черты лица выдавали чистокровного нордмарца. Ростом он превосходил приятелей на полголовы. По годам они, судя по всему, были ровесниками, но выглядел Сегорн значительно моложе. Как он сам заявлял по этому поводу, северяне благодаря холоду лучше сохраняются. А он, как никак, большую часть жизни провёл в заснеженных горах своей суровой родины.
— Грег что, так просто возьмёт нас в свою шайку? Без всяких испытаний и прочих формальностей? — спросил Сегорн у Рена.
— Не в шайку, а в команду, — поправил северянина Морской Дракон. — А что касается формальностей… Капитан взял бы вас и так. Сразу видно, что вы не трусы и море вам — дом родной. Но другие парни не поймут. Им всем пришлось проходить испытания, доказывать свою храбрость и верность команде. К тому же, капитан частенько устраивает нам повторные проверки. Чтоб жизнь мёдом не казалась. Недавно даже Аллигатору Джеку экзамен на бдительность устроил — ворота заставил стеречь. Поэтому нам с вами придётся прогуляться в одно малоприятное местечко и выполнить задание Грега.