— Пиратство — работа не хуже и не лучше иной другой, освящённой законом и волей богов, — раздумчиво ответил Аллигатор, вновь поворачивая вертел. — Я, конечно, не хочу ставить себя на одну доску с крестьянами, рудокопами, кузнецами, лесорубами или, к примеру, магами. Но если сравнить пиратов с королевскими воинами, судьями, большинством торговцев, то окажется, что мы ничуть не хуже. К тому же, в отличие от них, не прикрываемся законом, знатным происхождением или милостью правителей. Мы завоёвываем своё место под солнцем с оружием в руках и честно проливаем собственную кровь. А какой-нибудь хлыщ из благородных… Э-э, да что говорить! — махнул рукой Аллигатор. — Сам всё прекрасно знаешь.
— Джек, а как ты оказался среди людей Грега? — спросил Рен.
— Правда, Аллигатор, расскажи, — поддержал его Тео.
— Как я стал пиратом? Да как многие становятся. Чего здесь интересного? Ну, если вы так хотите услышать… С чего начать-то?..
Сам я с Южных островов. Точнее, с острова Рю. Это самый удалённый из подчинённых Миртаной островов архипелага. И моё родное племя тоже называется рю. Наш народ занимается охотой, рыбной ловлей, промыслом жемчуга, сбором дикого перца в джунглях и разведением овец на склонах гор. Ещё на острове обитают два других племени, но не о них сейчас речь…
Так вот, когда Робар I потребовал от наших отцов принести присягу на верность ему и Инносу, начать платить налоги и прислать воинов для подавления очередного восстания в Варранте, они согласились. Инноса у нас и без того почитали издревле, налог король установил поначалу не слишком большой, а молодым воинам нужна была возможность выпустить пар, чтобы они снова не устроили межплеменную резню.
Надо сказать, что войны между племенами на Рю случаются с удручающей регулярностью. Поссорятся два парня из разных племён по какой-нибудь пустяковой причине, подерутся, синяков друг другу наставят. У миртанцев дело этим бы и закончилось, но у нас не так. Друзья побитого идут мстить за него. Против них встают молодые единоплеменники второго участника ссоры, получается общая свалка, где и до убийства недалеко. А уж если пролилась кровь, в дело вступают взрослые воины. Взаимные нападения, засады, поджоги домов длятся порой годами. Племенные колдуны плетут страшные заклинания из магии Леса — Лианы-душители, Нашествие муравьёв, Падающие деревья и прочие ужасы. Потом одна из сторон отправляет послов — обычно это старики, вышедшие из возраста воинов — с предложением мира. Старики долго разбирают взаимные обиды, обговаривают размеры выкупа. Переговоры могут продолжаться много дней. Мир, в конце концов, устанавливается. Но обычно лишь до тех пор, пока не подрастёт новое поколение молодых задир… По этой причине уважаемые люди всех трёх племён были не против участия наших воинов в походах Робара.
В присутствии паладина, назначенного королевским наместником на острове, и прибывшего вместе с ним мага Огня жители Рю принесли присягу на верность Миртане. Заплатили налог. Золото у моих земляков тогда ещё было не в ходу, поэтому четырёхмачтовый королевский неф вместе с отрядом отборных бойцов увёз на материк груз ценной древесины, перца, шкур и жемчуга. А оставшиеся на острове миртанцы возвели на одном из прибрежных утёсов мощный замок. Вокруг него вскоре вырос небольшой портовый городок Рюштадт. Не слыхали? Население там, в основном, пришлое. Хотя есть и коренные жители острова, отколовшиеся от своих племён и усвоившие миртанские обычаи. К ним остальные островитяне относятся с изрядной долей презрения. Перевёртыши отвечают своей вчерашней родне тем же.
Нельзя сказать, чтобы отношения между жителями нашего острова и миртанцами были совсем уж безоблачными. Но войн и восстаний не было. Даже когда король увеличил налоги, всё закончилось мирно — пошумели и заплатили требуемое. И межплеменные стычки стали происходить гораздо реже и заканчиваться быстрее. Страх, что в столкновение вмешаются королевские войска, заставлял островитян чаще заканчивать дело миром. Да и отток воинов на материк для участия в многочисленных военных кампаниях Робара сделал остров более мирным. Поэтому, когда серьёзные ссоры между людьми племён и слугами короля всё-таки происходили, обе стороны для их разрешения чаще обращались за помощью к закону, а не к оружию. Так произошло и со мной.