Бонес и Морган, повинуясь команде, завертели рулевое колесо. Несколько человек бросились поворачивать парус. Когг едва разминулся со скалами. Теперь волны били его прямо в борт, болтанка была страшная. Только чудом никто не выпал в море. Натужно скрипя всеми снастями, судно медленно отходило от высокого каменистого берега между Северным пляжем и единственной бухтой Питхорма. Ветер и волны норовили вновь прибить когг к утёсам, и только искусство капитана и слаженная работа команды позволяла спасти не слишком поворотливое судно от крушения.
Эта неравная борьба продолжалась до вечера. К счастью, летние шторма в Миртанском море редко бывают продолжительными, и во второй половине дня ветер стал стихать. А к сумеркам волны стали ниже и уже не грозили захлестнуть судно. К тому же, ветер теперь дул строго с севера, и под защитой берега волнение было не большим. Поняв это, Грег повёл судно в бухту. Идти пришлось против ветра, и когг постоянно ложился с галса на галс, постепенно приближаясь к заветной цели. Сигнальный костёр на берегу развести никто, конечно, не догадался. Ведь немногочисленные обитатели острова ждали прибытия галеона, а не когга. Как выяснилось позднее, все они при виде незнакомого судна бросили свои хижины и бежали вглубь острова. Лишь охотники Тео и Джим остались на утёсе возле развалин башни, чтобы следить за незваными гостями. А остальные укрылись в пиратском форте, переоборудованном из старинного яркендарского здания.
Стояла глухая ночь, когда "Снеппер" вошёл в бухту и бросил якорь. Оставив часовых, капитан велел выдать вымотанной команде еды и рома, после чего все забылись тяжёлым сном смертельно уставших людей.
Рен проснулся поздним утром. В полумраке тесного кубрика стоял густой храп, а с палубы доносились чьи-то негромкие голоса. Чувствовал парень себя отвратительно. Всё тело болело, раскалывалась голова, саднили стёртые снастями ладони. Однако он заставил себя вылезти из провисшей койки и выбраться наружу.
Солнце, успевшее подняться высоко в небо, пробивалось сквозь рваные обрывки серых облаков. По морю катились длинные гребни волн, но здесь, в бухте, было спокойно. У обращённого к берегу правого борта стояли Грег и Генри и смотрели вниз. Рен подошёл к ним и сразу же понял, что привлекло их внимание. В планширь рядом с переброшенным через борт верёвочным трапом вцепились смуглые ладони, а следом за ними появилась голова Фина. Потом на палубу выбрались Том и Дарион.
— Ну, что там? — нетерпеливо спросил Грег.
— Всё в порядке, — ответил Дарион. — Они приняли нас за врагов и попрятались. Тео пошёл предупредить их. Скоро все вернутся на пляж.
— Молодцы, сообразили, — проворчал Грег. Потом он заметил Рена. — Проснулся, малыш? Сбегай в трюм. Там твой орк рычал что-то и пытался лезть наружу. Генри чуть было не рубанул его мечом с перепуга.
— С какого ещё "перепуга"?! — возмутился Генри. — Да я этих орков в Яркендаре голыми руками рвал, якорь им в глотку! Просто я не привык, чтобы волосатые нахально расхаживали по палубе…
— Ладно-ладно, верю, — ухмыляясь в бороду, прервал его капитан. — Ступай, Рен, разберись, в чём там дело.
Морской Дракон тяжело заковылял к трапу. Натруженные кости продолжали ныть. Подобное самочувствие его не устраивало, и Рен, на ходу покопавшись в сумке, извлёк бутылочку с лечебной эссенцией и залпом осушил её. Почти сразу же стало легче, и в трюм он спустился, бегом скатившись по трапу. Пробрался между рядами ящиков и бочонков, отворил дверцу в импровизированный загон для овец, устроенный из досок и старой парусины, услышал блеяние животных и голос Кушрока.
— Рен приходить, — радостно прорычал орк. — Моя думать, мы уже приплыли, идти наверх, а тот лысый голова прыгать на меня с мечом. Кушрок не стал его убивать… Когда мы ходить на берег? Ночью две овцы ноги ломать! Моя кости ставить на место и привязывать палки. А одна ещё вчера помирать!
— Всё, приятель, твои мучения подошли к концу. Мы действительно прибыли на место. Думаю, скоро начнём разгружать овец.
— Хорошо. Моя хотеть на землю…
Рен выбрался из трюма и направился к Грегу.
— Капитан, надо бы побыстрее перевезти овец на берег, а то одна уже пала, и остальные еле живые.
— Навязались вы на мою голову, фермеры, дери вас шныг! Хорошо, сейчас подниму парней и прикажу начинать разгрузку. Вон, кстати, и Элврих с остальными сухопутными крысами на берегу появился… А потом вы с ним вычистите весь навоз из трюма и отдраите там всё до блеска!
Последние овцы были перевезены на берег, и Кушрок, сопровождаемый косыми взглядами всё ещё не смирившихся с соседством орка пиратов, погнал их на заросшую сочной травой опушку леса. Тана и Борус робко топтались в сторонке, оглядывая незнакомую землю, где им теперь придётся жить.