— Да уж, у Белиара совсем другие избранники…
— Именно. Один из последних героев, к примеру, сложил голову в Рудной долине. Он ещё носил меч по имени Уризель. Вот это был рыцарь! Но его беда была в том, что он явился в мир раньше времени… А такого избранного, как ты, я вижу впервые. Разгильдяй, нахал, вор, пьяница, беглый каторжник и прочая, и прочая. Нет, ну Аданос ещё как-то мог такого выбрать. Несмотря ни на что, малый ты в глубине души добрый… хм-м, по-своему… Но Иннос! Почему он избрал тебя? Вот этого я не понимаю!
— Если бы я сам понимал, — вздохнул Победитель Драконов. — Слушай, а что происходит с избранными, после того, как они исполнят своё предназначение?
— По-разному. Всё зависит от обстоятельств и от самого человека. Одни становились правителями, основателями магических кругов или рыцарских орденов. Другие геройски гибли, выполнив свой долг и покрыв себя неувядаемой славой. Некоторые возвращались к скромной жизни обычного человека… или не человека. Не все они были людьми, знаешь ли…
Они ещё долго говорили, перескакивая с одного предмета на другой. В конце концов дракон начал откровенно зевать, да и Избранный почувствовал усталость. Его голова казалась переполненной новыми сведениями, она просто трещала от попыток взглянуть на мир глазами столь древнего и непохожего на человека существа. Несмотря на кажущуюся открытость и простецкую манеру речи, было в древнем ящере нечто такое, с чем человеку в глубине души непросто оказалось смириться, и что вызывало священный трепет где-то на самых задворках сознания.
Избранный простился с Фардарганиром и покинул его жилище. Когда он вышел наружу, восходящее солнце уже позолотило вершины горных гребней на севере и юге острова. А лес и река к востоку ещё были погружены в сумрак, прикрытые длинной тенью горы, на которой жил дракон.
— Пещеры гномов! Там нужно искать Весы Аданоса! — воскликнул Ватрас. — Именно это мы собирались сообщить тебе.
— А вы-то откуда узнали? — полюбопытствовал Безымянный.
— Миксир ходил в тот заброшенный храм в Чёрном ущелье, где ты отыскал упоминание о Весах. Там все стены оказались исписаны! Как ты мог не заметить?
— Не придал значения…
— Напрасно! На столь важные вещи следует обращать внимание в первую очередь, — наставительно произнёс Сатурас.
— Там довольно подробно изложена история поиска Весов на протяжении многих лет, — продолжал Ватрас. — Конечно, немало неясных мест и иносказаний, но где искать артефакт, нам стало совершенно очевидно…
— В том храме Миксиру призрак не встречался? — вспомнил вдруг Безымянный.
— Призрак? Как же, был там такой. Вернее, такая.
— Кто она?
— Какая-то герцогская или графская дочка — титулы с древних времён изменились, так что трудно подобрать точное соответствие. Она потеряла своего возлюбленного, и у неё остался от него лишь меч. Там была ещё какая-то клятва или проклятие, — небрежно махнул рукой Ватрас. — Она должна была после смерти охранять этот меч, а потом передать достойному… В общем, всё как обычно. Какая-то древняя чушь. Лет пятьсот прошло, кажется… Миксира гораздо больше интересовали сведения о Весах Аданоса. Он все усилия направил на перевод надписей…
— Ага, на самое любопытное вы внимания не обратили. Призрак — пустяки какие! А как попасть в подземелья гномов, там хоть было написано?
— Нет. Но я говорил с Таримом, он обещал помочь.
— Это тот гном, который работает в кузне Харада?
— Он самый. Мне пришлось немало повозиться, пока я не уломал упрямца, чтобы он пообещал показать тебе дорогу в страну гномов.
— Спасибо, отец родной! Ещё бы ты сам туда слазил, и моя признательность не знала бы границ! — буркнул Безымянный.
— Староват я для таких упражнений, — в тон ему ответил Ватрас. Но тут же заговорил серьёзно и деловито. — Я собираюсь вернуться в город. Ты можешь пойти со мной.
— Ну уж нет! Сначала я как следует высплюсь. Но перед этим хорошенько поем, а может даже напьюсь. Смотрю, вино здесь у вас раздобыть можно…
Два дня спустя вниз по главной улице Портового квартала неспешно двигались четыре фигуры. Трое были крепкими высокими мужчинами в добротной одежде и с мечами на бёдрах, четвёртый же ростом едва доставал до пояса любому из них. Полуденное солнце накаляло крыши и мостовые города, но лёгкий ветерок приносил со стороны моря прохладу, смешанную с запахом йода и рыбы. У причала готовилось к выходу небольшое купеческое судно — грузчики взбегали по трапу с кулями на спинах.