— Ну, здорово, зверина! — приветствовал врага Безымянный, ловя взглядом каждое его движение.
Орк ничего не ответил. Коротко взревев, он быстро атаковал. Но человек уже был готов к такому повороту событий и, уйдя в сторону, перепрыгнул через кладбищенскую ограду. Орк, едва не свалив подгнившее ограждение, запнулся и на миг потерял равновесие. Безымянному этого времени хватило, чтобы нанести парный удар — сначала по рёбрам, разрубая крепкую кожу доспеха, а потом, возвратным движением, по толстому волосатому бедру. Враг взревел и контратаковал, свалив пару пролётов ветхой ограды, но его клинок столкнулся с тяжёлым лезвием топора. Теряя кровь и силы, он наседал на человека, который легко уходил из-под ударов, скользя между могильными плитами. Наконец, нанеся любимый орочий удар с верхним замахом, вновь не достигший цели, волосатый по инерции сделал несколько шагов и подставил спину. Безымянный рубанул с разворота, рассекая хребет. А когда орк, ткнувшись клыкастой мордой в могильную землю, затих, некоторое время стоял над ним, опершись на рукоять топора и размышляя о бессмысленности войны и бренности жизни.
В таверне "У мёртвой гарпии" в тот день было людно. Кроме завсегдатаев — крестьян и пары городских стражников, в обязанности которых входила охрана дороги на Троллин, за столиками оказалось ещё несколько человек. В отличие от других посетителей, весело болтавших и наливавшихся пивом, они угрюмо жевали поданную Орланом еду и со страхом поглядывали на чучело гарпии, украшавшее подвешенную под потолком люстру, в качестве которой было приспособлено старое тележное колесо. Одежда на них была весьма потрёпанная и изрядно пропылённая, хотя когда-то она стоила явно дороже суконных крестьянских курток и платьев. Всего этих людей было пятеро — двое мужчин и три женщины, одна из которых была почти старухой.
Когда Безымянный остановился в дверях и окинул взглядом помещение, Орлан, как раз подававший очередную порцию закуски стражникам, приветливо кивнул ему, давая понять, что подойдёт, как только освободится. Крестьяне, оглянувшись на высокого человека в рыцарских доспехах, продолжили беседу, чуть приглушив голоса. Пятеро незнакомых путников уставились на вошедшего с угрюмой настороженностью.
Пока Безымянный высматривал свободное местечко, снаружи раздались лёгкие шаги, и в таверну вошёл ещё один посетитель. Повернувшись ему навстречу, наш герой нос к носу столкнулся с Ангаром.
— Ого! Какая встреча! — воскликнул тот, разулыбавшись всем своим украшенным татуировками лицом.
— Привет, Ангар! Какими судьбами?
— Да вот, решил горло промочить после трудового дня.
— Как у вас с Рози дела? Андрэ больше не обижает?
— Не знаю, как тебе это удалось, но от нашего поля он окончательно отступился. И грамоту о том написал. Ты даже не представляешь, как мы тебе благодарны!
— Пустое… Да чего мы стоим-то? Вон, кажется, столик свободный.
Приятели направились вглубь помещения и уселись между пятерыми притихшими странниками и двумя шумно общающимися стражниками.
— Так я про то и говорю, — вещал один из блюстителей порядка, — Вульфгар со своими молодцами теперь золота огребут столько, что им всем на безбедную старость хватит. А мы опять, как последние придурки, должны пыль собирать на дорогах!
— Ну не скажи! Мика с парнями в тот раз облаву на бандитов устраивал, так они неплохо монетами разжились…
— Да о чём ты вообще речь ведёшь! Сравнил жука с мракорисом! Тоже мне, добыча…
От дальнейшего знакомства с превратностями незавидной судьбы простого стражника Безымянного и Ангара отвлёк Орлан, ловко расставивший на столе миски и кубки. Доведя только что созданный натюрморт до полного совершенства при помощи нескольких зелёных яблок и кувшина вина, он осведомился:
— Монастырское пойдёт? Или тебе молока принести, как в прошлый раз?
— Пойдёт, — ответил Безымянный, к которому и был обращён последний вопрос. — Сегодня я уже дальше вряд ли двинусь.
— Наливай! — поддержал приятеля Ангар. — После миннентальского рисового шнапса монастырское вино — просто нектар! А молоко пусть вон Рукхар пьёт, ему здоровье поправлять надо!
Упомянутый субъект тем временем свалил около плиты, стоявшей рядом с дверью, охапку дров и направился к Орлану. По дороге он едва не упал, споткнувшись о ногу одного из крестьян, как будто случайно выставленную далеко в проход. Но, наконец, бедолаге удалось добраться до хозяина.