— Ты подумай, как тесен Мир! — Шепнул дракон приятелю. — Но все же один колдун вряд ли тянет на семь карликов, так что твоя версия тоже не прошла.
— Верлейн, и вы здесь?! — уже громко обратился он к магу.
Тот слегка поклонился в качестве приветствия.
— Не могу сказать, что рад встрече, хотя и ждал ее с нетерпением. — Сообщил он.
Эльф и дракон переглянулись.
— Интересно, какое желание привело вас сюда? Мана больше не уменьшается… — Неторопливо продвигаясь к центру зала, заметил Г*Асдрубал. — Что такого может пожелать маг, чего он не в состоянии добыть с помощью заклятий?
Верлейн усмехнулся углом рта, но отвечать не стал, а лишь аккуратно закатал сначала один, затем другой рукав мантии.
— Наш общий знакомый невероятно скуп на волшебство. — Сообщил вместо него командующий. Он и Змей двигались параллельными курсами, попутно осматривая, каждый свою половину зала. — Я несколько раз имел возможность в этом убедиться. Так что, вполне вероятно, что председатель Совета Девяти желает открыть неиссякаемый источник маны для себя лично.
Верлейн вытянул перед собой руки, направив в их сторону раскрытые ладони. Целый сноп электрических разрядов полетел в двух пришельцев. Хаэлнир привычным жестом вызвал вокруг себя и Змея силовой заслон. Стены задрожали от оглушительного грохота.
— Сделай милость, отвлеки нашего громовержца, — в самое ухо прокричал товарищу дракон, — а я попробую подобраться к саркофагу.
В следующее мгновение немыслимым кульбитом Г*Асдрубал переместился за одну из колонн зала, на время выпав из поля зрения колдуна. Тот, однако, не дремал, стальной и огненный дождь обрушился прямо из стен, прошив все пространство меж колоннами в той стороне, где скрылся дракон. С треском раскалывались плиты пола, выпуская на свет пластины с шипами или вращающиеся косы. Но ловкий Змей всякий раз успевал миновать ловушку.
Хаэлнир на секунду свернул защиту, и метнул в колдуна пылающую сферу. Тому волей-неволей пришлось сосредоточится на эльфе.
— Вам не приходило в голову, что я не соискатель руки и, так сказать, приданого вашей «Прекрасной Дамы»? — Посылая ответную молнию, спросил маг. Эта, как и предыдущие, растеклась по магическому щиту, прикрывшему эльфа. Зато с карниза, куда ушли отраженные разряды, брызнула каменная крошка.
— Мне пока не доводилось встречать великого мага, подрабатывающего сторожем на кладбище, но в Мире все бывает. — Флегматично, несмотря на сыплющиеся со всех сторон магические разряды, заметил Хаэлнир. Он поймал на щит должно быть уже десятую молнию и умудрился направить ее прямиком в Верлейна. Пришел черед того выставить волшебную преграду.
— Сколько можно с ним возиться, Хал?! Добивай и иди сюда. Ты мне нужен! — И чародей, и командующий пропустили момент, когда дракон пробрался на возвышение в центре.
— Извини… — эльф перекатился через плечо, уворачиваясь от роя светящихся стрел, падающих с потолка, одновременно послал слабый магический разряд по ногам Верлейна. — Забыл тебя предупредить. Я не могу убить его.
— Что за ерунда?! — Дракон отвлекся от саркофага.
Маг неприятно рассмеялся.
— Видишь ли, пару лет назад я дал клятву не убивать Верлейна. Ты ведь понимаешь, я не могу нарушить слово, так что поторопись.
Змей с минуту хмуро наблюдал за рывками перемещавшимися по залу противниками.
— У меня тут небольшие проблемы. — Перекрывая треск разрядов и грохот осыпающихся мраморных плит, прокричал он. — Ну-ка, давай поменяемся ролями. Дракон спрыгнул с постамента, на ходу доставая из ножен меч, направился к дерущимся. — Я займусь колдуном, а ты пойди, поцелуй мою супругу.
От неожиданности эльф чуть не пропустил очередной удар, на этот раз не магический, а обычный. Маг тут же попытался усилить натиск, но Хаэлнир уже вновь был начеку.
— С ума сошел? Мы ведь, кажется, обо всем договорились!
Между тем Верлейн, не прекращая схватки с эльфом, ухитрился обрушить на дракона здоровенную колонну, из тех, что поддерживали балкон. Ну, не совсем на дракона, в последний момент тому все же удалось отскочить.
— Видишь ли, мой поцелуй не сумел разбудить Мирру. — Г*Асдрубалу было неприятно говорить, тем более кричать о таком, но что поделать — ради спасения жены он готов был поступиться даже драконьей гордостью.