— У-пырь… — задумчиво произнёс Ванька. — И чертовка… Славная будет охота!
И вдруг схватил Феликса за шкирку, потащил его, в голос верещащего, за собой вниз по лестнице. Похоже, подвал страшный и вправду существовал.
— Тут посидишь! — приказал жалобщику. — Ежели обманул меня — позавидуешь мертвякам!
И, заперев дверь на три замка и два засова, отправился седлать коня.
Лихо. Очень лихо.
Тем временем, концерт на полянке продолжался. Успех «АгаПеля» вдохновил и остальных продемонстрировать свои таланты. Гибкая Шаломымра оказалась прекрасной воздушной гимнасткой. Она ловко раскачивалась на ветках и легко перелетала с одной на другую, у зрителей аж дух захватывало! *
Барабашка Агафья взялась показывать фокусы, причём не иллюзионные, а настоящие, магические. Например, поймала пролетавшую муху и сделала из неё слона. Небольшого, с собаку размером, зелёного и с коротким хоботом, но всё же вполне настоящего. Пельмешек ещё ревниво проверил, есть ли у элефанта крылья, и успокоился, лишь убедившись в их отсутствии. Больно уж ему хотелось оставаться единственным летучим животным! Что говорите? Нет, мыши не в счёт, они мелкие, вот!
А Дубыня устроил детям аттракцион. Посадил их на здоровенное бревно, велел держаться покрепче и ну крутить над головой! Визгу было! В общем, время прекрасно провели, все расстройства и обиды мигом позабыли! И то верно — незачем о них думать!
А потом, когда уже совсем стемнело, в свет костра выползло оно. Косматое, чумазое, уши торчат, под единственным глазом фингал. Посмотрело внимательно, носом шмыгнуло и поинтересовалось шепеляво:
— У фас куфать ефть?
— Ефть… ой, то есть есть! — вежливо ответил Агашка. А Дубыня на всякий случай меч поближе придвинул.
— Угофтите, а? — жалобно попросило существо. — Три дня нифефо не ело!
— Яблоки хотите? — мальчик кивнул на корзинку остатками ужина. — А вы кто, кстати?
— Я — Лихо! — сообщило косматое, вгрызаясь в спелый плод. — Одноглажое!
— Такими темпами скоро и «одножубым» станет! — хихикнув, сказала Агафья на ухо Шаломымре.
— Как бы нам всем такими не стать! — недовольно буркнула та. — Эй, ты! Поел? Вот и иди отсюда подальше!
Агашка и Дубыня удивлённо распахнули глаза — такого от воспитанной лешачонки они никак не ожидали!
— Мымрочка, ты чего? — осторожно спросил меченосец. — Лихо же вроде ничего плохого не сделало!
— Это пока! — Шаломымра упрямо тряхнула хвостиками. — От них завсегда одни неприятности! У нас возле дома как-то завелось такое — и началось! То крыша прохудится, то короед одолеет! А как выперли одноглазое — сразу всё и наладилось!
Лихо, поняв, что его сейчас изгонять начнут, затряслось мелкой дрожью и умоляюще выпучилось на Агашку.
— Я хорофее! Фефтное флофо! — от обиды оно зашепелявило ещё сильнее. — Зафем она обфыфаетфя?
— И то верно! — строго сказал богатырь. — Не дело это — Лихо без причины во злодействе обвинять! Я вот…
Договорить Дубыня не успел. Прямо над его макушкой просвистела арбалетная стрела и с треском вонзилась в ствол стоящего позади дерева.
* Хочу напомнить читателю, что подобные трюки можно исполнять лишь очень хорошо тренированным гимнастам и только со страховкой!
Ультиматум
— Тревога! Тревога! — заверещал Пельмешек, привычно взмывая на ветку. — Вероломное нападение! Спасите наши души! Наверх вы, товарищи, все по местам! Пусть всегдаааа будет солнцееее!
Остальные прятались молча. Барабашка юркнула в чью-то нору и затаилась там, стараясь не дышать. Лихо удрало обратно в лес и жалобно завывало с разных сторон, запутывая охотника. Ивашка с Шаломымрой принялись храбро заслонять друг друга от следующей стрелы и в итоге дружно хлюпнулись в канаву. А вот Дубыня скрываться не стал. Наоборот, он выпрямился во весь рост, поднял меч и, крутанув им над головой, взревел:
— И какая это пакость бессмертная руку свою поганую на богатыря русского поднять дерзнула? А ну выходи, коли осталась в тебе хоть толика храбрости! Один на один биться станем! Изувековечууууу!
В чаще кто-то нервно хихикнул.
— Смешно тебе? Вот погоди, чучело потустороннее, снесу твою буйну голову, пущай отдельно от тела посмеётся!
— Ты постой серчать-то, недобрый молодец! — ответила темнота довольно приятным голосом. — Выслушай сначала!