Оказывается, за ночь они все разом поумнели. Большинство парней были довольны своими туповатыми подружками с умом бездомной кошки, готовой по первому требованию к трах — тарарах, но совсем не в восторге от сожительницы, внезапно решившей пообщаться.
Этой ночью случилось ещё кое-что. Все двойники развили языковые навыки до уровня моей Леты.
Прямо с утра я решил усилить общение с Летой, а она стала прижиматься ещё крепче. Она чего-то боялась, но не говорила ничего. Однако ей казалось, что я смогу её защитить.
Вы спросите, а что же с Чёрным Отрядом? Погрузился в себя. А для кое-кого из собратьев по оружию — жизнь стала кошмаром, поскольку их партнёрши стали гораздо умнее их.
Вот так мы и проводили время, сидя на жопах, неподвижные как куропатки, обрастая всё большим числом жаждущих поиграть ночью дублей Леты. Все разговоры о том, чтобы куда-то идти пропали напрочь. Никого больше не волновало, что ещё придумают Госпожа или Взятые.
Леты не только были умнее большинства из нас, казалось, они умели отключать наши мозги. Если Лета хотела получить своё, мало кто из нас мог этому сопротивляться — мужчина или женщина. Исключение составляли Молчун, Душечка и ещё пара человек.
Но попыток сделать мужской вариант Леты больше не повторялось.
В какой-то момент туман в голове рассеялся. Я отлип от своей Леты настолько, что смог обдумать ситуацию в Отряде, которая с одной стороны была сродни подростковой одержимости, с другой — абзац космического масштаба.
Я отчётливо видел грядущий конец Отряда. Вместо грандиозной резни на поле боя, разбросанных повсюду в кровавой грязи отрубленных конечностей и вываленных кишок, наш апокалипсис будет здесь, потому что мы не в состоянии перестать думать членами. Мы сгинем во тьме широко ухмыляясь, потому что Леты унесли нас на далёкие берега наших фантазий.
И кем была Лета? Не суккубом в традиционном смысле, но, безусловно, какого-то рода сексуальным вампиром.
Пока мой мозг нормально соображал, чтобы породить оригинальную мысль, мне пришло в голову задаться вопросом, когда мы увидим естественные последствия такого разнузданного разврата. И дело не в болезнях. Вовсе нет. Каждая Лета оставалась неизменно моногамной.
Однако к настоящему моменту в духовке уже должно поспевать несколько десятков булочек.
Ужас! Я не готов стать отцом. А ещё я давненько не принимал роды.
Возможно, скоро мне придётся принимать их по десятку в день.
Я попытался припомнить, сколько же мы сидим без движения. И не смог. Столько, что у Леты уже должен был закончиться цикл. Которого, как я знал, у неё не было.
Вот, черт!
— Не может эта хрень быть западнёй Госпожи? — спросил Лейтенант.
— Это начала точно не она. Думаю, после неудачи Взятых, Госпожа решила отступить и посмотреть, что будет дальше. Если всё дальше пойдёт в том же духе, мы сдохнем от голода, прежде чем снова двинемся в путь. Если только наши вампирши не иссушат нас.
— А Госпожа просто отступила и наблюдает? Серьёзно?
Холодок по спине.
— Я так думаю. — Однако у неё всегда есть план Б, а у Шёпот на случай проявить свою стервозность в полной мере — был свой. В её истории болезни несколько случаев быстрого исцеления.
— Я просил поработать над общением с женщиной…
— Сделано!
— Полагаю, связь всегда односторонняя. Так?
— Большей частью. Ей хочется узнать о нас побольше, но не хочет рассказывать о себе.
— По-видимому, когда одна Лета узнаёт что-то новое, остальные тоже. Только что появившиеся дубли общаются наравне с нашими. Между тем, мы не можем собрать воедино то, что о них узнали мы сами.
Наш разговор происходил на расстоянии касания с двойниками Леты. Женщины мило улыбались, как вдруг…
Лицо моей спутницы помрачнело:
— Опасность вернулась. — Она указала. — Там. В лесу.
— Значит, твоя бывшая просто сидит и наблюдает, да?
— Это та, которую зовут Шёпот. Она не одна, — объявила моя Лета.
А спутница Лейтенанта добавила:
— Их четверо. Двое следят уже несколько дней.
— Класс! Но было бы неплохо узнать про это пораньше.
— Действительно, — ответила моя подруга. — Но мы не смотрели наружу.
— Теперь смотрим, — сказала вторая Лета.
Мы с Лейтенантом обменялись взглядами и пожали плечами.
Из центра поляны взвилась нить цвета индиго. Она была толще любой из виденных мной ранее. Она направилась в направлении, указанном моей Летой.