Гоблин сделал пару пассов над чашей. Одноглазый что-то нашептал, вероятно, какую-нибудь ерунду. Трепач взвизгнул и схватился за голову, словно у него случился внезапный приступ мигрени. В чаше на поверхности воды появились призрачные изображения.
Одноглазый пояснил:
— Это то, что он помнит на самом деле.
Первая сцена: Дай-Ли в воде, приманивающая Трепача жаркими взглядами.
Идиот прыгает. Волчок прыгает следом. Русалка обнимает Трепача, а затем и собаку. Они погружаются под воду во Дворец Речной королевы.
Картина в чаше расплылась. На самом деле она раздвоилась.
— Все запутано, потому что у него два набора воспоминаний, — объяснил Гоблин: — Есть то, что они хотели, чтобы он запомнил, и то, что было на самом деле, но он не должен помнить.
Короче говоря, Трепач думал, что попал во дворец, а на самом деле оказался в сырой пещере в береге реки, в которой были свалены кучи сухих водорослей и несколько утонувших брёвен. Однако Дай — Ли все время была очень дружелюбна, как и несколько других речных дам. Никаких Королев и водяного дракона он не повстречал.
Существование того ящера оставалось под вопросом.
Можно констатировать, что Трепач весело провёл время и обогатил опыт.
Он должен был поговорить с важными людьми среди нас от имени речных женщин, но был слишком туп, чтобы запомнить сообщение.
Однако он запомнил образы, мелькавшие на поверхности волшебной чаши.
Как и говорили "рыбаки", мы оказались на границе конфликта, который длился веками. В прежнее время он позволил Властелину награждать своих фаворитов, включая Госпожу и некоторых из её Взятых, почти бессмертием.
В давние времена ловцов русалок было гораздо больше, но русалки расправились с остальными. Спаривались с ними для начала, а потом съедали.
Воздаяние — страшная сука.
Все это выползало из головы Трепача помимо его воли. Его выбрали для общения с нами, потому что, несмотря на его горячий энтузиазм, он не считался подходящим ни в качестве донора, ни в качестве закуски.
Я записал для вас эту историю в качестве анекдота с довольно абсурдным концом. В нём было много эмоционального брожения, которое в дальнейшем оказало мало влияния. Так случается, что почти каждый день случается много серьёзных на первый взгляд вещей, которые в конечном итоге ничего не значат.
Мы побывали там, но так и не пустили свои "клинки" в бой.
Насколько неприглядными могут быть вещи?
Гоблин с Одноглазым проделали свои манипуляции с волшебной чашей четыре раза, каждый раз при четырёх-пяти свидетелях.
Были заданы вопросы.
Проведено голосование.
И результат оказался менее разнообразным, чем я ожидал.
Чёрный отряд не поддался на соблазн "общества рыболовов", однако…
Наши инженеры наконец-то признали финальный пролёт моста пригодным для движения транспорта. Так что мы были готовы двигаться дальше, пытаясь навсегда оставить в прошлом то, что осталось за спиной.
Как бесчисленное множество людей до них, "рыбаки" вступили в ряды Отряда, почти наверняка намереваясь дезертировать по дороге, как только почувствуют себя в безопасности — подальше от пылающей мстительным гневом добычи.
Они попытались купить телегу. Неудачно. Они попытались взять в аренду телегу с возницей, и снова потерпели неудачу по причине отсутствия денег. Однако им удалось уговорить одного из интендантов выделить им место в своём фургоне с тающими припасами.
В конце концов, им пришлось тащить на себе огромные вьюки.
Никто не спросил, что в них.
Итак, Чёрный Отряд возобновил своё долгое отступление на сторону лукавства и полутени.
Переправа через реку оказалась для участников чуть более стрессовой, чем это может показаться читателю спустя много времени после указанных событий.
Необходимо упомянуть один инцидент. И потом ещё один.
Вторая часть моста была узкой, шириной три метра в самом широком месте. Переход был трудным, даже без Взятых на плечах и стай жалящих слепней. Все суетились, мешали друг другу, и большинство тягловых животных просто отказывались идти. Вся стая речных баб провожала нас с видом: «Пожалуйста, не оставляйте нас недолюбленными». Кроме того, были и всякие поломки.
Тележка, запряжённая осликом, потеряла колесо, перекрыв на все время ремонта движение по мосту.