Он взял сумасшедший темп, и скоро стало ясно, что один отрядный лекарь за ним не успевает.
Мы с Ильмо знали друг друга много лет. Но это не сделало его более снисходительным ко мне.
— Ты все ещё идешь не быстрее, чем она. Давай, пошевеливайся.
Самодовольный ублюдок решил меня проучить. Костоправ узнает, как совать нос туда, где его видеть не хотят и не нуждаются в его услугах.
Я тащился один, вспоминая все известные ругательства, пока не почувствовал, что Взятая вот-вот вломится в мой разум.
Меня подобрал высланный десятником патруль. Семь всадников и восемь лошадей. Очень вовремя. Усилия, которые мне приходилось прилагать, чтобы не пустить Взятую в свою голову, порядком меня вымотали. Но все равно её грустные мысли продолжали просачиваться. А все из-за того, что когда-то я был пленником у Госпожи. Это прекрасное воплощение ужаса проделало в моем разуме кучу дыр, которые так и не затянулись. К великому счастью для всего мироздания, Госпожа не нашла в моей голове ничего полезного.
— Всё-таки Ильмо не законченный мудак, — заметил я.
Ближайший всадник хмыкнул. Ильмо был сержантом, что по определению делало его мудаком. Вскоре мы наткнулись на других парней из Отряда. Они не отступали. Они готовили укрытия.
Какого черта? А как же телеги, артиллерия, тягловая скотина? Даже если нам удастся спрятать все следы, вонь от животных и немытых людских тел так и будет висеть в неподвижном воздухе.
Я высказал свои опасения вслух. Мои спутники пожали плечами. Кроме меня, всем было насрать.
Хижина в лесу превратилась в лазарет. Моя медицинская повозка была хитро спрятана в деревьях. Меня ждали пациенты и Лейтенант. Ему было плевать, что я устал и хочу есть.
— Я тут подумал, а не отрубить ли тебе ногу, чтобы ты больше не смог творить хуйню. Задолбал уже.
— Да все мои пациенты должны были нормально без меня обойтись…
Костоправ, идиот, ты снова споришь с начальством.
— Но не обошлись. Найди меня, когда закончишь.
В действительности мои услуги практически не требовались. Самой серьёзной проблемой были клещи. Но решалось это простым инструктажем по тому, как от них правильно избавиться.
Ну и кровавые мозоли, конечно — потому что нормальной обуви уже ни у кого не осталось.
Я все сделал, помыл руки и пошёл получать по башке от Лейтенанта.
Вместе со штабными офицерами он наблюдал, как цепочка хромающих людей по мосту пересекает Разлом. В конце концов, Отряд спасался бегством, что не требовало точности маневра. Иногда Лейтенант может закрыть глаза на всякие мелочи. Тем не менее, память у него безупречная. Мелочи оседают в её закоулках, чтобы быть извлеченными на свет божий в самый неподходящий момент. Сейчас Лейтенант смотрел на меня так, как будто анализировал каждый мой проступок за последние двадцать лет.
— Ты обновил Анналы?
Я не только отрядный лекарь, но и летописец.
— До того дня, как ушел в патруль.
— Вот-вот начнется полный пиздец. Про должностные обязанности поговорим потом.
— Я уж понял. Мы на узкой дороге. На пятки нам наступает Шепот, а навстречу двигается эта новая Взятая.
— Она не Взятая. Но да, мы с ней ещё не сталкивались.
— В смысле, сэр?
— Дорога.
Ох, как мы немногословны.
— Дорога, и что?
— Она идет в двух направлениях.
— Дороги всегда идут в двух направлениях.
Шутка вызвала мрачные взгляды, направленные в мою сторону. Некоторые не любят летописца Костоправа. У него есть дурная привычка вносить в Анналы не только успехи, но и неудачи, и проёбы. К тому же, чем старше он становится, тем чаще высказывает свое мнение вслух.
Лейтенант сделал в уме очередную пометочку.
— Эта дорога могла быть построена до эпохи Владычества. Вы пошли на восток. Мы пошли на запад и нашли развалины крепости, которая принадлежала кому-то пострашнее Властелина.
Итак. Как только он узнал, что существуют секретный мост и дорога, он пошёл посмотреть, откуда она начинается.
— Новая Взятая явилась оттуда?
— Именно. И позволь напомнить, что она не Взятая. Она оттуда. До развалин всего восемь миль. Место ещё более жуткое, чем замок в Можжевельнике. Везде кости, часть из них — человеческие.
Я не особо впечатлился. Кое-что уже успело просочиться в мой разум от Взятой.
— Что ещё?
— Мы обнаружили там людей, живущих в невообразимой нищете. Что-то вроде слуг и источника пищи в голодные времена. Они не говорят ни на одном из современных языков. Мы бы не смогли пообщаться с ними без помощи Гоблина и Молчуна.