В одном из темных углов кафе, где толпились изнывающие от тоски и безделья официанты, находился телефон-автомат. Пока Дирк пробирался через них к телефону, он все пытался вспомнить, кого они ему напоминают. В конце концов решил, что они напоминают ему толпу обнаженных мужчин, стоящих позади Святого Семейства на картине Микеланджело с одноименным названием, которых Микеланджело поместил туда, по-видимому, лить по одной причине – потому что испытывал к ним симпатию.
Дирк позвонил одному своему знакомому по имени Нобби Пакстон, который занимался левым распределением электробытовых товаров. Дирк сразу же перешел к делу.
– Добби, бде дужен холодильник.
– Дирк, я как раз приберег один холодильник специально для тебя и ждал, когда ты у меня его попросишь.
Дирку это показалось почти неправдоподобным.
– Но подимаешь, бде дужен хороший холодильник, Добби.
– Лучше не бывает. Японский, с управляемым микропроцессором.
– Да кой черт холодильнику дужен этот микропроцессор?
– Для поддержания холода, Дирк. Я скажу своим ребятам, чтобы они доставили его тебе домой прямо сейчас. Мне нужно вывезти его со склада как можно быстрее по причинам, изложением которых я не буду тебя утомлять.
– Я тебе очень благодарен, Добби, – сказал Дирк. – Но дело в том, что я сейчас не дома.
– Умение проникнуть в дом в отсутствие владельца – лишь один из талантов, которыми природа щедро наделила моих ребят. Кстати, если у тебя что-то пропадет, скажешь мне потом.
– Депребеддо, Добби. Вообще, если уж твоим ребядам захочется что-то стащить, пусть начдут со старого холодильника. Бде во что бы то ни стало необходимо от него избавиться.
– Я обязательно об этом позабочусь, Дирк. Последнее время на твоей улице пару раз что-то пропадало. Ну а теперь скажи мне, ты собираешься платить за него или, может, тебя сразу вырубить, чтобы сэкономить чужое время и избавить всех от ненужных сложностей.
Дирку никогда не было ясно на сто процентов, когда Нобби говорил что-то в шутку, а когда – всерьез но ему совсем не улыбалось устраивать проверочные тесты по этому поводу. Он заверил его, что заплатит, как только они встретятся.
– Тогда до самой скорой встречи, Дирк, – сказал Нобби. – Кстати, ты знаешь, такое впечатление, что кто-то сломал тебе нос.
Возникла пауза.
– Ты меня слышишь, Дирк? – спросил Нобби.
– Да, – ответил Дирк. – Просто я слушаю пластинку.
вопил голос с пластинки на проигрывателе Hi-Fi, который стоял в кафе.
– Я спросил, знаешь ли ты, что разговариваешь так, будто кто-то сломал тебе нос, – снова повторил Нобби.
Дирк ответил, что знает, поблагодарил Нобби за то, что он сказал ему об этом, попрощался с ним, пребывал некоторое время в задумчивости, потом сделал еще пару звонков, а затем опять принялся пробираться через свалку, устроенную официантами, к девушке, чей кофе он позаимствовал не так давно.
– Привет, – сказала она многозначительно.
Дирк постарался проявить максимум галантности и обходительности, на какие только был способен.
Он чрезвычайно вежливо поклонился ей, снял шляпу, выигрывая таким образом одну-две секунды, в течение которых он надеялся сориентироваться в обстановке, и спросил ее разрешения сесть за столик рядом с ней.
– Ну конечно, садись, – сказала она. – Это же твой столик. – Великодушным жестом она указала на стул.
Она была небольшого роста, волосы темного цвета были аккуратно расчесаны, ей было двадцать с чем-то лет, и она вопросительно смотрела на стоявшую на столе наполовину выпитую чашку кофе.
Дирк уселся напротив и заговорщически наклонился к ней.
– Если не ошибаюсь, вы хотите спросить насчет вашего кофе?
– Естественно, – ответила девушка.
– Он очень вреден для вас.
– Да что вы?
– Вполне серьезно. В нем содержатся кофеин и холестерин.
– Понятно. Так, значит, вы думали о моем здоровье.
– Я думал и о бдогоб другом, – сказал Дирк, стараясь, чтобы это прозвучало легко и беззаботно.
– Вы увидели меня за соседним столиком и подумали: какая милая девушка сидит и разрушает свое здоровье. Дай-ка я ее спасу от нее самой.
– Ну, что-то в этом духе.
– Вы знаете, что у вас сломан нос?
– Да, конечно, здаю, – с раздражением ответил Дирк. – Все без конца…
– Давно вы его сломали?
– Мне его слобали примерно двадцать бидут дазад.
– Я так и подумала, – сказала девушка. – Закройте на секунду глаза.
Дирк с подозрением взглянул на нее.
– Зачем?
– Все будет нормально, – сказала она с улыбкой. – Я не сделаю вам больно. Ну же, закрывайте.
Скорчив, недоуменную гримасу, Дирк на секунду закрыл глаза.
В эту секунду девушка, перегнувшись через стол, ловким точным движением схватила его за нос и резко повернула его. Дирк чуть с ума не сошел от боли и так истошно завопил, что ему почти удалось привлечь к себе внимание официанта.
– Ведьма! – вопил он, чуть не упав со стула от дикой боли и зажав лицо руками. – Будь ты проклята, ведьма!
– Успокойся и сядь нормально, – сказала она. – Допустим, я сказала тебе неправду насчет того, что не будет больно, но зато теперь он, по крайней мере, стал прямым, что избавит тебя от неизбежных хлопот по его выпрямлению в дальнейшем. Тебе немедленно надо обратиться в какой-нибудь травмпункт, чтобы наложить шину и побольше ваты. Я работаю медсестрой, так что кое-что понимаю в этом деле. Во всяком случае, так мне кажется. Ну-ка посмотрим, что там у тебя.
Пыхтя и лопоча что-то невнятное, Дирк снова занял сидячее положение на стуле и обхватил ладонями свой нос. Лишь спустя некоторое время, хоть как-то придя в себя, он стал осторожно ощупывать нос, а после этого дал посмотреть его девушке.
Она сказала:
– Кстати, меня зовут Салли Миллз. Обычно я стараюсь представиться до того, как наступает интимная близость, но иногда, – она вздохнула, – на это не хватает времени.
Дирк постучал легонько пальцами по носу со всех сторон еще раз.
– Мде кажедся, он стал прябее, – сказал он наконец.
– Прямее, – поправила Салли. – Говори слово «прямее» так, как нужно. От этого ты почувствуешь себя намного лучше.
– Прямее, – повторил Дирк. – Я понял, что ты хочеж зказадь.
– Что?
– Я понял, что ты хочешь сказать.
– Прекрасно, – сказала она, вздохнув с облегчением. – Я рада, что у меня получилось. Мой гороскоп утверждал, что, что бы я ни делала сегодня, будет не так.
– Не хочешь ли ты сказать, что веришь всей этой ерунде? – сказал Дирк настороженно.
– Я – нет, в особенности – гороскопам «Великого Заганзы». А что, ты тоже их читал?
– Нет. То есть, вернее, да, но совсем по другой причине.
– А я – по просьбе пациента, который попросил почитать ему его гороскоп сегодня утром – почти перед самой смертью. Ну а что было в твоем?
– М-м, мой был очень запутанным.
– Понятно, – скептически сказала Салли.
А что это у тебя такое?
– Это калькулятор, – ответил Дирк. – Впрочем, не буду тебя больше задерживать. Я в долгу перед вами, моя прекрасная леди, за вашу чрезвычайно нежную помощь и за то, что одолжили мне свой кофе, но – увы! – время неумолимо идет вперед и вас, без сомнения, ожидают тяжелые трудовые будни в больнице, где потребуется ваша помощь больным с тяжкими телесными повреждениями.
– Ничего подобного. На сегодня моя работа закончена – я ушла с дежурства в десять утра, и мне нужно как-то продержаться весь день не заснув, чтобы потом нормально спать ночью. Так что остается только убивать время, сидя в кафе и общаясь с незнакомыми людьми. Вам, напротив, необходимо как можно быстрее обратиться в травмпункт. Но прежде вы должны оплатить мой счет.