Память подбрасывает моменты недавнего прошлого. Тот день, мой Рубикон, который я перешел и не заметил.
Конец марта, начало апреля. Погоду мотает из стороны в сторону, из крайности в крайность, как бабу в период ПМС. Утром – солнце и безветрие, вечером – дождь со снегом.
Тот день был именно таким. Помню как сейчас: я выхожу из офиса и направляюсь к припаркованному автомобилю. Из серых облаков сыпется мелкая колючая морось, резкие порывы ветра бросают ее в лицо, заставляя ускорить шаг, но одна нелепая деталь заставляет притормозить.
Рядом с моим «Мерсом» стоит седан-пятилетка с открытым капотом, его хозяйка крутится рядом.
Я чуть не заржал, словив ассоциацию: крокодил пожирает свою жертву. Женщина что-то внимательно разглядывает, навалившись грудью на кромку капота, и нервно ерзает задницей то в одну, то в другую сторону. Симпатичной такой задницей, обтянутой ярко-синими джинсами.
Желание сесть в машину и ехать домой сменяется любопытством.
– У вас что-то случилось?
Женщина дергается, поднимает голову, упираясь руками в элементы двигателя. Каждое прикосновение оставляет на пыльном пластике отпечатки ее ладоней. Маленькие, аккуратные, словно это рука ребенка.
– Можно и так сказать, – грустно улыбается, убирая с лица мокрую прядь, выбившуюся из-под простенькой заколки. – Эта зараза не хочет заводиться. Не знаю, что с ней не так. Я ни черта не понимаю в двигателях. Какие-то коробки, провода, шланги. Знаю, куда заливать омывалку и где находится антифриз, остальное – темный лес.
Как назло, дождь припускает с новой силой. С потемневших от влаги волос женщины стекает вода, на ресницах дрожат хрустальные капельки. Высокая, стройная и гибкая, как лоза, она смотрит на меня так, словно я – царь и Бог, способный по щелчку пальцев решить ее проблему.
Где-то в глубине души ворочается совесть, напоминая о том, что меня ждут дома, но я отодвигаю ее в сторону и затыкаю железным аргументом: настоящий мужик никогда не оставит женщину в беде, тем более – вечером под дождем.
И я решаюсь. Захлопываю крышку капота чужого седана, указываю рукой на свой «Мерс».
– Идите, садитесь, сейчас я все сделаю.
В ярко-синих, как небо, глазах незнакомки появляются слезы и удивление, смешанное с изумление.
– Вы что…? Вы мне поможете?! Мы же с вами даже не знакомы?
– Я сказал, идите в машину, пока не промокли насквозь, там поговорим.
– Я могу посидеть и у себя, – упирается женщина, которая с каждом минутой все больше напоминает мокрого котенка.
– В вашей машине холодно, двигатель не заводится, а вы промокли, – я отряхиваю руки и смотрю на небо: сплошная серость без надежды на лучшее. – А впрочем, делайте что хотите, я не собираюсь вас уговаривать. Вы – не маленькая девочка, сами должны принимать решения.
То ли моя холодная интонация производит нужное впечатление, а может она и правда испугалась остаться с проблемой один на один, но женщина молча достает из салона сумку, ставит машину на сигнализацию и идет к моей машине.
Ну вот, сразу бы так!
Мощный двигатель «Мерса» работает едва слышно, из дефлекторов в салон поступает поток теплого воздуха. Я щелкаю кнопкой, включаю подогрев сидений.
– Сейчас согреетесь, – быстрым оцениваю ее простенькие джинсы и китайские кроссовки, тонкий свитер и легкую куртку, которую она сняла и положила на колени.
– Мокрая, – поясняет, поймав мой взгляд. – Почти насквозь промокла, пока я стояла под дождем. В ней еще холоднее, чем без нее.
Мне, хозяину автомастерских, не приходится долго думать, как решить проблему. Самому лезть бесполезно: под капотом – сплошная электроника, нужен специалист и оборудование, поэтому я достаю телефон и набираю нужный номер.
– Лёнь, тут машину с парковки забрать нужно и провести диагностику.
– Окей, сделаем, Яков Михайлович. Скиньте адрес. Пусть хозяин дождется, я сейчас пришлю эвакуатор, – моментально реагирует Леонид Буданов, мой лучший спец. И похер, что на часах почти восемь. Есть работа, значит нужно ее выполнять. Мое воспитание, мои кадры! Горжусь!