Выбрать главу

Что делать? Как себя вести? С порога наброситься на Якова с обвинениями или дождаться, пока дети разойдутся по спальням? Когда это будет? Жанна написала, что она встречается со своим парнем, и они идут в кино, так что раньше одиннадцати вечера дочка домой не вернется, и спать ляжет в районе полуночи. Кирилл, наверное, уже дома, его тренировка закончилась час назад.

Мне придется выселять мужа на диван в гостиную или просить собрать вещички и отправить в его квартиру. Господи, за что мне все это?!

Дом, милый дом. Когда я успела сюда доехать? Такое ощущение, что голова вот-вот лопнет от мыслей. Удивительно, как я не нарушила правила и соблюдала скоростной режим. Или все-таки не соблюдала? Ладно, скоро узнаю: письма счастья с камер видеофиксации приходят быстро.

Оставляю машину на парковочном месте, глушу двигатель и забираю сумку из салона. Внедорожник мужа уже здесь.

Вдох-выдох… Ноги словно деревянные, еле движутся. Тело сопротивляется, цепляется за последние минуты тишины и покоя в преддверии бури.

Я стискиваю зубы, поднимаю голову и расправляю плечи.

– Вперед, Машка! Никто кроме тебя не разгребет этот бардак, так чего ждать?!

Руки слегка подрагивают, когда я вставляю ключ в замочную скважину. Щелк! Вхожу в прихожую, делаю глубокий вдох, словно собираюсь погрузиться на глубину, имея в запасе только тот воздух, что находится в легких. Уф! Скидываю туфли, оставляю сумку на тумбочке и забираю телефон. Смотрю на себя в зеркало, вижу хорошо одетую испуганную женщину с темными кругами под глазами и расширенными зрачками. Не красотка, однозначно.

Три.

Два.

Один.

Ныряем.

Ноги несут меня на кухню-гостиную. Зачем-то щелкаю кнопкой чайника и отхожу к окну. Закрываясь от стресса, тело спасается простыми привычными манипуляциями.

Яков уже близко. Чтобы осознать это, мне не нужно оборачиваться. Я кожей чувствую его присутствие, тяжелый взгляд, а затем вижу широкоплечий силуэт в отражении окна. Молчим оба.

Летний вечер. Закат сегодня особенно красив. Диск солнца наполовину скрывается за линией горизонта, небо меняет цвет. Облака, подсвеченные последними лучами, меняют цвет: из белых превращаются в огненные, пурпурные, тёмно-фиолетовые. Романтично… но не сегодня.

– Маша… – произносит муж и замирает, тщательно обдумывая слова, а я договариваю за него.

– Это не то, что я подумала, правда?

Боже, как все глупо и примитивно! Не хочется разыгрывать сценку из дешевого спектакля, но, похоже, выбора нет.

– Нет то, Маш, – подтверждает Яков и раздраженно массирует шею. Какой знакомый жест! Он всегда так делает, когда упирается в тупик и не может найти выход.

– Ну хорошо, тогда давай поговорим и ты расскажешь, что это было на самом деле.

Я отхожу от окна и сажусь за стол, жестом указываю мужу на стул, стоящий напротив.

– Я…

Его версия не успевает прозвучать, потому что в наш диалог вплетается третий голос.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Мама, ты тоже это видела, да?! Видела шлюху, которую он тискал в машине?!

О, Боги! Я даже не заметила, как Кирилл спустился со второго этажа. Он не только слышал наш короткий диалог, но еще и видел… Видел отца с любовницей. Это катастрофа! Судя по тому, как блестят от ярости и обиды глаза моего ребенка, откатить ситуацию на тормозах уже не удастся.

– Кир, не надо, – я встаю со стула, подхожу к сыну и привычным жестом взъерошиваю его шевелюру. – Пожалуйста, дай нам с отцом поговорить. Оставь нас наедине.

– Мам, нет… Ты ведь не останешься с ним, с этим, – мотает головой в сторону Якова, – после того, как он чпокал белобрысую шлюху?! Скажи, что не останешься, иначе….

Я вижу, как пульсирует венка на виске Голубева, вижу хищный прищур его глаз и руки, стиснутые в кулаки. Яков на грани срыва. Он привык контролировать ситуацию, но сейчас контроль утекает, как вода сквозь пальцы, оставляя обнаженной уродливую суть произошедшего.

– Кир, иди к себе! – он давит на сына физически, нависая, шаг за шагом оттесняя его в сторону лестницы на второй этаж. – Послушай мать и сделай так, как она попросила!