— Можно нам заглянуть к ней? — крикнул ему вслед Крутобок.
— Хуже ей от этого не будет, но она должна как следует отдохнуть, — объяснил Воробей, обернувшись к серому воину. — Она ваша дочь. Вам лучше знать, как ее подбодрить.
У него заурчало в животе от голода. Судя по запаху, кучу дичи совсем недавно наполнили. Наверное, лучше ему подкрепиться. Вчера вечером ему было не до еды. Воробей подошел к куче и сразу почувствовал знакомый запах Львиносвета, к которому примешивалась терпкая сырость влажной земли. Брат вытаскивал из кучи дрозда.
Воробей выбрал себе мышь.
— Ты хоронил Долгохвоста? — спросил он у брата.
Воробей знал, что будет тосковать по умершему меньше, чем его товарищи. Это было неизбежно, ведь он знал, что очень скоро снова увидит Долгохвоста — зрячего и сильного, без ломоты в суставах, охотящегося в солнечных угодьях Звездного племени или сидящего рядом со старыми друзьями в толпе звездных котов, пришедших к Лунному озеру.
Сейчас его гораздо больше тревожила Иглолапка.
Если к ее лапам не вернется чувствительность, то ее ждут такие страдания, о которых он боялся даже думать.
Львиносвет помахал хвостом по земле.
— Я помог Кисточке и Пурди. Они устали после ночного бдения. — Львиносвет рассеянно поворочал лапой дрозда. — Я отослал их отдыхать в детскую, но не думаю, что Кисточка смогла сомкнуть глаза. Она просто убита горем и раскаянием.
— Когда поем, отнесу ей маковых семян, — пообещал Воробей. — Голубичка успокоилась?
— Немного, — озабоченно ответил брат. — Что с ней такое? Она должна гордиться, что спасла столько жизней, предупредив нас.
— Думаю, после вчерашнего она еще больше чувствует свою ответственность за племя, — предположил Воробей.
— Она совсем маленькая, — вздохнул Львиносвет. — Быть одной из Трех — слишком большая ответственность.
Воробей кивнул. Они с Львиносветом были старше, опытнее и намного увереннее в своих силах, однако и для них тяжесть ответственности порой была непомерной.
— Возьму-ка я их с Искролапкой на охоту, — решил Львиносвет. — Хочу напомнить Голубичке, что такое нормальная воинская жизнь.
— Отлично, — кивнул Воробей и только хотел взяться за мышь, как услышал торопливые шаги за спиной.
Шмелелап и Цветолапка подбежали к нему.
— Можно нам проведать Иглолапку? — взволнованно спросил Шмелелап.
— Она сейчас спит, — ответил Воробей. — А так, конечно, можно. У нее ничего не болит. Общество друзей тоже лекарство, не хуже других.
Когда молодые коты бросились к палатке целителей, а Львиносвет устремился к растрепанному и смятому барьеру, окружавшему лагерь, Воробей снова склонился над мышью.
— Как там Иглолапка?
Голос Листвички застал его врасплох. Она единственная из всех котов умела незаметно подкрадываться к Воробью. Может быть, потому, что ее запах был ему слишком знаком. Почти как собственный.
Воробей поспешил прогнать эту мысль.
— Сходи, да сама проверь, — огрызнулся он, приглаживая вставшую дыбом шерсть.
— Я теперь воительница, — тихо напомнила Листвичка.
Раздраженный ее словами, Воробей подобрал свою мышь и пошел прочь.
— Я бы сходила к Перышку.
Он остановился, пораженный.
— Неужели? — обернулся Воробей.
Он чувствовал ее смущение, но не собирался облегчать ей задачу.
— Мне казалось, ты больше не целительница!
— Я имела в виду, что сделала бы так на твоем месте.
— Но ты не на моем месте!
Листвичка сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.
— Перышко однажды имел дело со случаем, похожим на Иглолапкин, — тихо объяснила она. — Он выхаживал кота, который попал под обвал, и ему раздавило лапы. Возможно, он сможет подсказать, что делать с Иглолапкой.
Воробей ничего не ответил.
— Только не думай, что я не доверяю твоему опыту и решениям, — продолжала Листвичка. — Просто я бы на твоем месте поступила так.
Воробей бросил мышь и пошел прочь. Ему расхотелось есть. Выбросив из головы все мысли, кроме заботы об Иглолапке, он взобрался по каменной осыпи и подошел к палатке Огнезвезда.
Песчаная Буря сидела возле предводителя и вылизывала ему плечи, ее шершавый розовый язык без устали скреб по его гладкой шерсти. Заслышав шаги Воробья, она замерла и обернулась.
— Какие-то новости? — с плохо скрытой тревогой спросил Огнезвезд.
Воробей покачал головой.
— Нет. Я хочу сходить в Сумрачное племя и поговорить с их целителем, — сказал он. — Листвичка говорит, что у него был случай, похожий на Иглолапкин.