- Ясно, - кивнул Фрисс. "Да, завёл меня Аойген..." - думал он, срубая и выкидывая на обочину длинный колючий побег хищной лозы. "Но это ничего, мы с Нецисом выберемся. Хорошо, хоть Кесса в безопасности... её там, в Венген Эсе, никто не тронет. А попади она сюда, наверняка бы куда-нибудь влезла. Чёрная Речница..." Он задумчиво усмехнулся и погладил запястье, разрисованное волнистыми чёрными линиями - символами ожидания и надежды.
Сумерки подступили исподволь, стемнело незаметно - Фрисс всё думал, что тучи набухают водой и готовятся обрушить на путников ливень, и вдруг понял, что дело не в тучах - солнце ушло, и в лесу властвует мрак. Гелин улёгся прямо на дорогу - чёрные камни ещё хранили тепло. Фрисс спешился, прошёл немного по мокрой мостовой, вступил в чавкающий мох на обочине и со вздохом вернулся назад и сел на спину демона.
Костёр разводить не стали. Речнику отчего-то не хотелось тревожить мрак - он не удивился бы, если бы чёрные волны вдруг ожили и раздавили его светильник вместе с ним самим. В лесу стрекотали невидимые в темноте насекомые, что-то шелестело и булькало, летучие мыши с пронзительным писком проносились над дорогой. Фриссу казалось, что они слишком громко орут.
Речник ел вяленого фамса, завернув кусок в подсохшую лепёшку, и пытался представить, что он на Реке, и что жуёт он ирхек с Листовиком, но сладковатый привкус фамса - ягодами и нектаром, что ли, кормят этих рыб? - всё время напоминал Фриссу, что и Река, и Листовики бесконечно далеко. Он тихо вздохнул и погладил Алсага по тёплому боку. "Вот так мы и затерялись," - с тоской думал он.
Некромант, торопливо проглотив свою часть еды, развернул странного вида книгу и что-то выводил в ней тростниковым пером в холодном свете Квайи, окутавшей его пальцы. Фрисс не мог вспомнить, чтобы эта книга раньше попадалась ему на глаза. Она была сшита из чего попало - рядом с тонкими листами светлого велата зеленели листья Улдаса, выпирали куски плохо выделанного пергамента и белели тонкие листы вовсе неведомого материала, и многие страницы уже были исписаны. С переплёта из тёмно-серой потрёпанной кожи свисали костяные и каменные бусины и пластинки, а уголки книги были окованы нэйнской сталью. Вещь выглядела очень древней и далеко не безопасной.
- Тебе не темно? - нерешительно спросил Фрисс, пытаясь заглянуть в написанное из-под руки Некроманта. Нецис вздрогнул, покачал головой, торопливо вывел ещё несколько знаков и со вздохом облегчения захлопнул книгу.
- Ну вот и всё. Пусть лежит до утра. Надеюсь, он отзовётся... А, совсем забыл.
Он отодвинул стальные скрепы, в которых, как в оправе, поблескивала тройка обсидиановых пластин. Это были лезвия для небольших ножей, сложенные одно к одному, как лепестки цветка. Некромант осторожно повернул их, и они встали острыми гранями вверх.
- Гваль тэ ну вегел, - пробормотал он и легко провёл ладонью по лезвиям. Брызнула тёмная кровь, окропив переплёт. Не обращая внимания на порезы, маг поднял книгу раненой рукой и сделал странный жест. Книга вытекла туманом из его пальцев, как будто её и не было. Нецис подставил располосованную ладонь тёмному небу, и только теперь Фрисс разглядел крохотный разрыв в тучах - из его на лес глядела багровая звезда.
- Тут нет ничего опасного, Фрисс, - Некроманта явно смущал пристальный взгляд Речника. - Я отправил послание одному... существу. Дружелюбным его не назовёшь, но если кто и знает, что сейчас творится в доме Джилана, то это оно и ему подобные. Оно живёт там, Фрисс. И оно точно может сказать, кто принёс Джилану жертву, и где этот несчастный сейчас. Если повезёт, и оно ответит, то я смогу его найти. Да, наверное, это нужно сделать... до конца я не уверен, но...
Маг пожал плечами и плюнул на ладонь, вытирая присохшую кровь. Порезы уже затянулись, оставив тонкие белые шрамы.
- Когда ты пойдёшь искать убийцу, я пойду с тобой, - твёрдо сказал Речник. - Такие вещи не должны происходить, а таким людям в этом мире не место. А ещё лучше - скажи стражам Шайина, где им искать этого преступника. Они будут рады.
- Не уверен, - пробормотал Некромант и растянулся на спине Гелина, закутавшись в плащ. - Поздно уже, Фрисс. Ложись. Я посторожу.
- Разбуди меня через два Акена, - кивнул Речник и уткнулся лицом в бок Алсага. Кот давно спал, дёргая хвостом и шевеля ушами во сне. Наверное, он тоже слышал, как пронзительно пищат летучие мыши.
Утро встретило Фрисса туманом, вялым колыханием тёплого, не остывшего за ночь воздуха, немелодичными воплями каких-то птиц в ветвях папоротников и шумом крыльев мегина. Гигантская мышь промчалась над лесом, на мгновение замерла над дорогой и улетела прочь.