- Твоя радость приятна мне, Фрисс, - криво усмехнулся Некромант. - Жаль, я не могу её разделить. Да, на рассвете мы увидим Тенну... и боюсь, что красоту её мы оценить не успеем. Такое у меня предчувствие...
Глава 09. Беспокойные кости
Ветер пронзительно завыл, подхватил тучу пыльцы, ворох лепестков и здоровенную канзису - и с размаху швырнул всё это в спину Фриссу. Летучая медуза рванулась прочь, размазывая жгучую слизь по доспехам Речника, он вслух помянул тёмных богов и погрозил кулаком в сторону песчаных холмов. Красноватое марево дрожало над ними, и Фриссу послышался тихий злорадный смех из пылевого столба.
- Катитесь вы к Вайнегу! Только начистил броню... - Речник примерился, чтобы запустить в насмешников водяную стрелу, Нецис перехватил его руку, скрывая усмешку.
- Не зли их, Фрисс, увяжутся - не отделаемся. Сиди смирно, я вытру слизь. В это время года канзисы очень жгучие...
Шарраэн замедлил шаг, и Некромант сорвал несколько листьев с ближайшего Высокого Куста. С дрогнувшей ветки сорвалась стайка микрин и умчалась прочь, ещё пригоршня мелких медуз шмякнулась на плечо Речнику. Фрисс сердито отряхнулся, посмотрел по сторонам и замер с приоткрытым ртом. Потом громко и протяжно свистнул, забыв о спутниках.
Долина великой Реки Симту утопала в цветущих зарослях. Всё, от ползучих лоз до разлапистых Высоких Деревьев неведомой Речнику породы, пестрело от соцветий и источало дурманящий аромат. Мех Шарраэна пожелтел от пыльцы и украсился падающими с ветвей мелкими канзисами и их икрой, микрины, как маленькие живые стрелы, носились вокруг, распугивая здоровенных красных пчёл. Фрисс втянул воздух - где-то неподалёку рос Яртис, с другой стороны - обжигающе-острая Сафла, а издалека пахло мерфиной и - чуть заметно - гарью. Речник расплылся в улыбке, не обращая внимания на ухмылки Нециса и недовольный рык Шарраэна, которому медуза упала на нос.
- Кецань! - сказал Фрисс, когда дар речи к нему вернулся. - Да-а, будь я жителем Кеми, я бы из долины не уезжал...
Демон заревел в голос, и Речник поспешно увёл его с дороги - навстречу бежал анкехьо, а следом за бронированным ящером - десятка три двуногих не то ящериц, не то птиц, огромных, длиннохвостых и крикливых. Вереницу замыкал, раскручивая в воздухе сеть огненных искр, молодой Маг Огня верхом на анкехьо. Ящер был увешан побрякушками и яркими ленточками.
- Что за живность? - на языке иларсов спросил Фрисс, перекрикивая рёв трёх десятков глоток.
- Куманы, - отозвался Нецис. - Куманы с приречных пастбищ уходят в холмы. По-моему, они испугались Шарраэна...
Иджлан шевельнул ухом, но ничего не ответил.
Дорога, мощённая белым камнем, похрустывала под лапами демона. Вся долина цвела, каждый куст был прибежищем для канзис, и Фрисс с опаской смотрел на жителей, собирающих лепестки: как они умудряются не обжечься? Зной висел над долиной Симту, люди выходили на поля в одних набедренных повязках и всё равно истекали потом, и Речник заживо варился в начищенной до блеска броне. А вот Шарраэну жара была нипочём, и Нециса она, кажется, тоже не беспокоила, он даже снял платок с головы. У него всё-таки были чёрные волосы, хоть и пронизанные сединой, но сейчас он выглядел моложе, чем тогда, когда Фрисс нашёл его в Тули.
Белые башни виднелись за кустами, невысокие, но толстые, без окон и без крыш. Частая сетка была натянута над каждой из них и временами приподнималась, как будто что-то стремилось выбраться из-под неё. Фрисс слышал из-за каменных стен плеск воды и хлопанье не то плавников, не то крыльев. Фамсы, небесные рыбы, жили там, летали над огороженными прудами и развешивали икру по проложенным над водой балкам, а жители отгоняли от них назойливых медуз. Двое выволокли из кустов ведро, полное копошащейся живой слизи, и пытались теперь прихлопнуть его крышкой. Речник спрыгнул на дорогу и сел на крышку сверху, пока жители намертво прикрепляли её к ведру. Шарраэн остановился и терпеливо ждал его, Нецис чуть заметно усмехался и думал о чём-то странном, судя по свечению глаз.
- Долг велит помогать мирным жителям? - спросил он, когда Речник вернулся в седло.
- Медузы надоели, - поморщился Фрисс.
Поздним утром путники выбрались из многоцветного сада Симту, и Речник увидел белокаменную крепость, словно слепленную из снега, огромную, с десятками башен, с золотыми и красными флагами над зубчатой стеной. Сады обступили её со всех сторон, под самыми стенами паслись куманы и анкехьо. Фрисс увидел массивные ворота, сверкающие отполированной бронзой, красные плащи стражников, блестящие панцири из речного стекла, жителей, из города уходящих в долину.