– А вы были повинны?
– Я не владелец газеты, мистер Стар.
– А я не посылал никаких парией в «кадиллаке», мистер Марлоу.
– Вероятно, это были работники полиции.
– Этого я не могу вам сказать. Что еще?
– Менди ударил меня револьвером по лицу, а я его ногой в живот и обработал коленкой его нос. Он, видимо, расстроился. Несмотря на это, я надеюсь, что он живой прибудет в Вегас.
– Ах, как будет мило, если он сюда приедет. Извините меня, но я сейчас прерву наш разговор.
– Еще один момент, Стар! Вы принимали участие в событиях, происшедших в Отатоклане, или этим занимался один Менди?
– О чем вы говорите?
– Вы меня не проведете, Стар! Менди разозлился на меня не из-за той причины, которую он мне сказал. Не из-за этого он подстерегал меня в моем доме, намереваясь обработать меня, как Большого Вилли Магуна. Этой причины недостаточно. Он предложил мне убрать руки и прекратить ворошить дело Ленокса. Я продолжал этим заниматься, я не мог этого оставить, а он решил изувечить меня. Итак, у него была веская причина.
– Понимаю, – медленно и все еще приветливо проговорил Стар. – Вы считаете, что со смертью Терри было что-то не совсем ладно? Например, что он не застрелился, а кто-то убил его?
– Думаю, что подробности заведут нас слишком далеко. Терри написал фальшивое признание и прислал мне письмо. Отельный коридорный должен был взять у него это письмо и опустить в ящик. Терри не мог выйти из отеля на улицу. В письмо была вложена крупная банкнота, и он кончил его писать, когда раздался стук в дверь. Мне хочется узнать, кто тогда вошел в его комнату.
– Зачем?
– Если вошел коридорный, то Терри мог приписать еще строчку и объяснить это. Если бы это был полицейский, то письмо не было бы отправлено. Итак, кто это был и почему Терри написал признание?
– Не имею понятия, Марлоу.
– Очень жаль, что побеспокоил вас, мистер Стар.
– Ничего, я рад, что вы позвонили мне. Я спрошу Менди, не знает ли случайно он.
– Хорошо, если вы увидите его живого. Если нет, все же постарайтесь узнать! Иначе это сделает кто-нибудь другой.
– Вы?
Его голос стал жестче, но оставался спокойным.
– Нет, мистер Стар, не я. Человек, который может в мгновение ока вышвырнуть вас из Вегаса. Поверьте мне, мистер Стар! Это не пустые слова.
– Я увижу Менди живого. Можете об этом не беспокоиться, Марлоу!
– Спокойной ночи, мистер Стар!
Глава 48
Когда возле дома остановилась машина и хлопнула дверца, я вышел на веранду и встал наверху лестницы. Цветной шофер уже помог Линде выйти. Затем он пошел вслед за ней к лестнице с чемоданчиком в руке, Похоже, там были ее вещи. Я стоял и ждал.
Линда поднялась и обратилась к шоферу:
– Мистер Марлоу отвезет меня в отель, Амос. Большое спасибо! Я позвоню тебе завтра утром.
– Хорошо, миссис Лоринг.
Линда встала посреди гостиной и осмотрелась, – У вас не очень надежное жилище для человека с такой рискованной профессией, не правда ли?
– Надежных жилищ не бывает.
– Что с вашим лицом? Кто вас так отделал?
– Менди Менендец.
– А что вы ему сделали?
– Немного – дал ему парочку пинков. Он попал в ловушку и сейчас едет в Неваду. Не будем больше говоч рить о нем.
Линда села в шезлонг.
Я достал ящичек с сигаретами и протянул ей. Она сказала, что курить не хочет, а выпить может что угодно.
– Давайте выпьем шампанского, – предложил я. – У меня, правда, нет льда, но оно холодное. Я храню его уже два года. Две бутылки «Кордон руж». Думаю, что хорошее. Я не очень разбираюсь в нем.
– Для кого вы его храните? – спросила Линда.
– Для вас.
Она засмеялась, все еще глядя на мое лицо.
– У вас жуткие раны. – Она нежно погладила пальцем мою щеку. – Храните для меня? Этому трудно поверить. Мы ведь знакомы всего два месяца.
– Я хранил его в надежде, что мы познакомимся. Сейчас я его принесу.
Я взял чемоданчик.
– Куда вы его несете? – строго спросила Линда.
– В нем ведь ночная рубашка, не так ли?
– Вернитесь!
Я вернулся. У нее были веселые и немного сонные глаза.
– Это что-то новое, – медленно проговорила она. – Что-то совсем новое.
– Почему?
– Вы даже ко мне не притронулись. Никаких попыток сближения, никаких намеков, никаких прикосновений, совсем ничего. Я думаю, вы черствый, саркастичный, грубый и холодный.
– Полагаю, временами я бываю таким.
– Мне кажется, если мы сейчас выпьем по бокалу шампанского, то вы без лишних слов схватите меня и положите на кровать. Верно?