– Откровенно говоря, подобная идея на самом деле была где-то в извилинах моего мозга.
– Я польщена. Но, предположим, я не хочу этого? Вы мне нравитесь. Даже очень. Но это еще не значит, что я хочу лечь с вами в постель. Не поспешное ли вы вывели заключение из того, что я случайно захватила чемоданчик с ночной одеждой?
– Может быть, я сделал ошибку.
Я поставил ее чемоданчик возле входной двери.
– Сейчас принесу шампанское.
– Я не хотела обидеть вас. Может быть, вы прибережете шампанское для более знаменательного повода?
– У меня всего две бутылки, – сказал я, – а для более знаменательного случая нужно иметь дюжину.
– Ах так! – вдруг рассердилась Линда. – Я должна быть временной заместительницей, пока вы не подыщете себе лучше и красивее! Благодарю покорно! Теперь вы обидели меня, но, во всяком случае, я буду это знать. Если вы воображаете, что ради одной бутылки шампанского я лягу с вами в постель, то уверяю вас, что вы очень заблуждаетесь.
– Я уже признался в своей ошибке.
– Если я сказала, что хочу развестись с мужем и прихватила сюда чемоданчик с пижамой, то это еще ничего не значит, – сердито сказала она.
– К черту этот проклятый чемодан! – рявкнул я. – Еще одно слово, и я выброшу эту проклятую вещь из дома. Я пригласил вас на бокал шампанского. Сейчас пойду в кухню и принесу его. У меня нет ни малейшего желания напоить вас. Вы не хотите лечь со мной в постель – хорошо. Почему вы, собственно, должны это делать? Но ведь мы можем вдвоем выпить шампанского? Зачем нам цапаться из-за того, кто, где, когда и сколько должен выставить шампанского?
– Не нужно так злиться, – заметила Линда и покраснела.
Она встала, подошла ко мне и опять нежно провела пальцем по моей израненной скуле.
– Я усталая и разочарованная в жизни женщина. Будьте со мной милым! У меня никого нет.
– Вы не более устали и не более разочарованы в жизни, чем многие другие. По всем законам наследственности вы должны быть такой же пустой, легкомысленной и испорченной, как ваша сестра. Из-за какого-то чуда вы не стали такой. Вы самая порядочная и энергичная женщина во всей вашей родне. И вам никто не нужен.
Я повернулся и ушел в кухню. Там я достал из холодильника бутылку шампанского, дал пробке выстрелить, затем быстро наполнил два бокала и выпил один из них. От брызг у меня выступили на глазах слезы. Я снова наполнил бокал, поставил все на поднос и отнес в комнату.
Линды там не было, чемоданчика тоже. Я поставил поднос и открыл входную дверь. Куда она делась, ведь машины у нее не было? Я вообще ничего не слышал.
Потом позади меня раздался ее голос:
– Идиот, неужели вы подумали, что я сбежала?
Я закрыл дверь и повернулся. Сейчас она была в кимоно и маленьких вышитых тапочках на босу ногу, с распущенными волосами. Она медленно подошла ко мне с неожиданно-смущенной улыбкой. Я подал ей бокал шампанского. Она взяла его, сделала несколько глотков и отдала мне.
– Очень хорошее, – сказала она.
Утром она еще спала, когда я встал и сварил кофе. Я принял душ, побрился и оделся, потом разбудил ее. Мы вместе позавтракали. Я вызвал такси и вынес на улицу ее чемоданчик.
Мы попрощались. Я проводил взглядом такси, пока оно не скрылось из вида. Затем поднялся по лестнице и постелил постель. На одной подушке я нашел длинный черный волос. На душе у меня было тяжело, словно там лежал кусок свинца.
У французов есть поговорка. У них на все случаи есть поговорки, и они всегда меткие. «Расставаться – значит, немного умереть…»
Глава 49
Севел Эндикот сказал, что сегодня будет долго работать и я могу приехать к нему вечером в половине восьмого.
На нем была армейская рубашка, выглядел он усталым, но у него, наверно, всегда был такой вид. Он курил свою безвкусную сигарету. На галстуке его лежал комок пепла, мягкие черные волосы были растрепаны.
Он молча смотрел, пока я усаживался, потом сказал:
– Вы упрямейший тип, какого я только встречал. Не уверяйте меня, что вы бросили копаться в этой ужасной истории.
– Кое-что в ней немного беспокоит меня. Скажите, вы действовали по поручению мистера Харлана Поттера, когда навестили меня в клетке?
Он кивнул. Я осторожно потрогал пальцем больную щеку. Она поджила, опухоль спала, но удар задел нерв. Часть лица до сих пор была онемевшая. Со временем это должно пройти.
– И он устроил вашу поездку в Отатоклан с полномочиями работника окружной прокуратуры?
– Да, но не придавайте этому большого значения, Марлоу! Это была деловая поездка.
– Вы продолжаете разъезжать по делам Поттера?
– Нет, это кончилось. Мистер Поттер теперь поручает вести свои правовые дела фирмам Сан-Франциско, Нью-Йорка и Вашингтона.