- Но я… - всхлипнула Кира.
- Просто оставь меня в покое.
- Да что я сделала? – недоумевала девушка, вытирая накатившие слезы.
«Да как он может»
- Ты в моих мыслях, в моей голове. Я не могу есть, спать! Прошу, уходи… - Артём указал в сторону маршрутного такси.
- Артем, прошу. Давай обсудим это, почему ты меня отталкиваешь? Я здесь и сейчас… Я… другого шанса может и не быть, давай…- девушка уже не могла держаться, расплакалась. Закрыла своими руками припухшее личико и только всхлипывала. Так тихо, как мышонок. И так больно, словно ножом по сердцу. Так хотелось ее успокоить, но нет. Не сейчас.
- Нет, я не готов. Просто уйди. - Мужчина отвернулся. Он не мог смотреть на нее, как ей больно. Но и не готов был сейчас все решить. Потом, все потом.
- Прощай– сдерживая новый поток, девушка умчалась в даль.
Мужчина в спешке начал искать свой айкос, чтобы затянуться.
Судорожно бил по карманам, нервничал. Как же он хотел побежать за ней. Идиот. И с ней плохо, а без нее еще хуже. Как только он подбирается к ней ближе, то сразу бежит, куда глаза глядят. Спрятаться, скрыться – в этом весь Артём. Она так близко, но в тоже время далеко. Вечно смеется, шутки шутит. А ему не шутки нужны, она. Вся. Полностью. В его владении. Получить, завоевать, овладеть! Навязчивые мысли просто порочно завязли в его голове. Стыдно, плохо, чувствует себя голодным волком. Смотрит на овечку и так и хочет съесть, но не может. Она не только в голове и в трусах. А в сердце, в душе. И так глубоко, что теперь не вытащить. Как искоренить? Похоже никак, только добиваться. Но только…
Артём поднял взгляд, а горизонте ее уже не было. Как пожелтевший лист, слетел с ветки от порывов сильного ветра, так сдуло и ее. Хлопнул по джинсам – нашел. Второпях начал вдыхать никотин и с каждой новой затяжкой понимал, что совершил ошибку. Достал с левого кармана куртки телефон и набрал заветный номер. Недоступна.
«Прошу, милая, прошу…»
В голове его проходили мысли. Но нет, недоступна. Какой же кретин, как мог отпустить ее, она была так рядом. Просто забрать в охапку и уйти, забрать к себе домой. Положить в кроватку, накрыть пледом и быть с ней рядом. Звонкий смех, улыбка. Все на с марку.
Мужчина присел на холодную землю, продолжая беспокойно курить айкос. Руки тряслись и продолжали набирать телефон. Недоступна. Ее стиль – быть недоступной.
«Какой же кретин…».
***
Отвернувшись от Артема, который так холодно на нее смотрел, девушка помчалась в сторону маршрутки. Слезы обжигали лицо, ком мешал вдохнуть. Так тяжело, так сдавливает грудь. Будто камень положили. Да за что? Черт, дайте немного воздуха, иначе задохнется. Посмотрела на руки, все черные от туши, какой вид. Вся потрепанная, заплаканная, опустошенная. Остановилась. Хотела обернуться.
«Нет, не смей».
Промчалась в голове строка и снова побежала.
«Уйду, убегу! И больше не приду, хватит с меня!».
Да маршрутки рукой подать, а бежит будто вечно. Впопыхах столкнулась с прохожим.
-Куда прешь! – возмутился молодой парень и замолчал. На секунду остановился, будто хотел что-то сказать. Промолчал, увидев причину. Видно, стало неудобно.
- Извините… - выдавила Кира.
Быстро, обогнув пару, девушка влетела в транспорт. Водитель уже завелся, быстрее бы уехал. Прошла через ряды к задним креслам.
- Передайте за проезд, пожалуйста. – протянула руку вперед. Девушка, сидящая впереди, обернулась. Осмотрев гулящим взглядом, взяла деньги и передала. Так неудобно, стыдно. Смотрят, как на прокажённую. Долбанный Артём со своими загонами. Пусть с ними и остается. Один. Наедине.
Кира, немного успокоившись, сняла рюкзак с плеча. Открыв его, достала зеркало.
«У-у-у, как все запущено» подумала про себя и начала руками оттирать черноту. Словно панда. Как тяжело держаться. Но нужно быть сильнее, сам отказался. Потом. Потом может и не быть… какой же он…дурак.
Сунула зеркало в рюкзак и стала искать телефон. Выключить. Сейчас же, иначе напишу или позвоню. Сильнее, быть сильнее. Зачем возвращаться, если не ждут? Пыталась говорить, слушать не захотел. Снова открестились. Не поговорить, не расставить точки, одни лишь троеточия. Каждый раз бежим и снова возвращаемся, и так по кругу.
«Прошу, умоляю. Отпусти».
Снова начинается водопад, выдох. Нужно только успокоиться. А в голове мелькают картинки, время не лечит. Оно только собирает по лоскуткам все эти картины и соединяет в единое одеяло, которое накрывает с головой и заставляет задумываться: можно ли что-то исправить? Как с эти жить? Что делать с этими непонятными чувствами? Что чувствуешь? А может… нет… а если? Нет. Откинуть, отбросить и отключить. Перестать прокручивать кинопленку в голове. Это было, больше не будет. Бросаю последний взор в сторону, где буквально пять минут назад видела его. Не бежит, не несется и даже не идет. Значит так нужна. А ведь был шанс, был шанс. Опустила голову и взвыла, не в силах терпеть. Дверь марштрутки закрылась, как и закрылось сердце Киры.