От безумного волнения у неё так сильно перехватило дыхание, что Алекс замерла. Затем его язык коснулся её языка. Внутри всё завибрировало, а потом её накрыла такая нега, что от упоения глаза закрылись само собой.
Алекс позволила ему поцеловать себя так откровенно, как только это было возможно. И это на самом деле перевернуло её мир, заставив почувствовать, какой серой и бессмысленной была жизнь до этого момента. Он продолжал целовать её всё настойчивее и глубже, почти поглощая ей рот, заставляя трепетать и гореть от непонятного жара, который источали его губы и тело.
Это было немыслимо. Она не должна была закрывать глаза. Это и послужило причиной того, что она наиболее остро ощутила силу его поцелуя, тепло его тела. И свою беззащитность перед тем, что обрушилось на неё.
Их дыхание смешалось. Алекс чувствовала его запах, запах чистой кожи и чего-то ещё, что не поддавалось объяснению. Он пах самим собой и от этого запаха у неё закружилась голова. Это ошеломляло и пугало. Но Боже, ей было так хорошо в его руках, что Алекс снова издала тихий стон!
Это был невероятный поцелуй.
Мужчина вздрогнул, поглаживая ладонью напряженную спину девушки. Он сам был так напряжен, что подрагивали мышцы под одеждой. Казалось, это будет продолжаться вечно, и Алекс вдруг захотела, чтобы это длилось вечно. И не кончалось. Потому что в груди разливалось невообразимо хрупкое тепло, от которого сердце забилось в совершенно ином ритме. Тепло и необъяснимая сладость, которая наполняла жизнь значимостью и смыслом.
К её немалому изумлению это закончилось так же внезапно, как и началось.
- О Боже, - прошептало он хриплым голосом, и поднял голову.
Глаза его теперь были не ярко золотистые. По цвету они напоминали окраску тёмных лепестков ранней купальницы, которые цвели в мае в садах Клифтон-холла. Незнакомец смотрел на неё почти с тем же потрясением, что и она, словно только что пережил такой же дивно-ошеломляющий душевный переворот. На лице Алекс замерло одно единственное выражение: выражение немого вопроса. И он это прекрасно видел. Она не могла спросить у него прямо, “почему?”. А он не мог бы сказать, “потому”.
Он вдруг вздрогнул и выпрямился, хмуро глядя на неё. А потом медленно поправил её очки. Это заботливо неосознанное движение поразило девушку в самое сердце. Никто никогда не поправлял ей очки, и это отозвалось странной болью в груди. Будто кому-то было небезразлично то, как она видит этот мир. Будто он хотел, чтобы она видела этот мир именно таким, какой он есть на самом деле. Каким он должен быть. И каким она не видела его с тех пор, как погибли её родители. С тех пор, как она спряталась в своей оранжерее, отгородившись от всего.
И впервые в жизни девушка поняла, что мир способен причинить нечто другое, кроме невыносимой боли. Нечто невообразимо прекрасное.
Когда незнакомец снова взял её за руку, Алекс ощутила еле заметную дрожь. Трудно было в это поверить, но он тоже волновался. Почти так же, как она.
- Пойдемте, я провожу вас к вашей карете.
Его голос по-прежнему звучал хрипло, но теперь более решительно.
Он повёл её на улицу, где светило солнце. Прохожие сновали туда-сюда, поглощённые своими мыслями. Кто-то разговаривал со знакомым, кто-то махал рукой. Здесь всё было таким же, как и минуту назад. Как будто ничего не изменилось.
Но только не для Алекс. Её мир изменился до неузнаваемости, перевернулся с ног на голову. Войдя в аптеку, она даже не предполагала, что выйдет оттуда совершенно другой. И едва она обнаружила эту ошеломляющую правду, как раздался душераздирающий крик.
- Себастьян!
Алекс не успела прийти в себя, потому что, отпустив её руку, незнакомец бросился вперед.
Глава 14
Оцепеневший ужас завладел Тори настолько сильно, что она не могла пошевелиться, глядя, как её дорогой, любимый Себастьян решительным шагом направляется к ней, а неизвестная черная карета мчится прямо на него. Тори затаила дыхание, понимая, что не вынесет, если карета и Себастьян столкнутся. И в этот момент весь воздух из неё вышел с истошным криком:
- Себастьян!
Он остановился как вкопанный и повернул голову. Но было слишком поздно. Однако в этот момент Тори успела заметить стремительно подбегающего к Себастьяну мужчину, который в самый последний момент смог вытащить его буквально из-под колёс кареты, сбив его с дороги. Карета со скрипом умчалась прочь. Мужчины упали на пыльный тротуар. Себастьян тряхнул головой, пытаясь прийти в себя, и попытался медленно присесть, гадая, что только что произошло. Встав, незнакомец отряхнул одежду и посмотрел на него.
- Вы в порядке? - спросил он, глядя на потрясенного Себастьяна.
- Кажется, да, - проговорил он медленно. - Я…
Себастьян не договорил, и даже не смог встать, потому что кто-то снова врезался в него, чуть снова не опрокинув его на землю.
Это была Вики!
Она бросилась ему на шею и сдавила его в объятиях так крепко, что он чуть не задохнулся.
- Себа, - сквозь слезы шептала она, дрожа от невероятного испуга. - Ты цел? С тобой все в порядке?
И сидя на тротуаре, посреди Лондона, на глазах у всех он, наконец, сделал то, что ему хотелось больше всего на свете: крепко обнял и прижал к себе Вики. Неужели нужно было случиться такому, чтобы у него появилась возможность обнять её! Это было выше его понимания, но он был безмерно благодарен Богу за то, что именно сейчас она оказалась рядом с ним. После всего того, что произошло до этого мгновения, казалось чудом, что он вообще мог дотронуться до неё. И все же, не смотря на свое смятение, слегка опешившее состояние, он почувствовал её тепло, и с ужасом осознал, чего только что ему удалось избежать.
Опомнившись, Алекс подбежала к ним, переживая невероятный шок от того, что только что видела. Незнакомец, который только что страстно целовал её, сумел спасти жизнь Себастьяна. Невероятно! Подходя к сидящей на тротуаре паре, Алекс заметила, как к ним спешат Эдвард, Сесилия и Амелия с не менее ошеломлённым видом.
- Что произошло? - наконец заговорил Эдвард, встревожено глядя на брата.
В этот момент Алекс выпрямилась и, поправив очки, окинула всю собравшуюся вокруг толпу пристальным взглядом, в надежде найти незнакомца, но его нигде не было видно. Он исчез!
Слегка отстранив от себя Вики, Себастьян взглянул на брата.
- Подготовь карету, - велел он. - Мы едем домой.
Дорога домой была напряжённой и прошла в полном молчании. Тори ни на секунду не выпускала руку Себастьяна, крепко сжимая его теплую ладонь. Она была не в состоянии скрывать свои чувства. Это уже и не имело значения. Тори не могла подавить тот страх, почти животный ужас, который охватил её, едва появилась чёрная карета. И стило закрыть глаза, как жуткая сцена вновь всплывала в памяти, грозя свести её с ума. Она снова вздрогнула, но Себастьян крепко сжал ей руку, давая понять, что он рядом.
- Все хорошо, милая, - прошептал он, но даже нежность его голоса не помогла ей успокоиться.
Она только слабо кивнула и опустила голову.
Доехав, они так же рука об руку вошли в дом и направились в гостиную. Никто не мог нарушить тишину, которая навалилась на них снежным комом. Себастьян подвёл Вики к дивану и присел рядом с ней, глядя в её побледневшее лицо. Она всё ещё была в шоке, и её нужно было привести в чувства. Себастьян сделал глубокий вздох и на секунду закрыл глаза. Вот уже пять лет он постоянно сталкивался со смертью. И это даже вошло у него в привычку. Однако в самый последний момент его всегда что-то спасало. К этому он тоже привык. Но он никогда ещё не видел леденящий душу ужас на лице Вики. Будто она не смогла бы пережить этот момент. Будто её заботила его судьба.
“Я так боялась, что никогда больше не увижу тебя”.
Себастьян вздрогнул, вспомнив тот момент. Господи, он, наконец, понял, что дорог ей! Как дорог ей! Ему понадобилось целых пять лет истязаний и черная карета, чтобы он сумел увидеть истинные чувства Вики.
Она вдруг тихо всхлипнула. Себастьян открыл глаза и посмотрел на неё. И позабыв обо всём на свете, заключил её в крепкие объятия, ощущая острую боль в груди. Ощущая её боль. Она тут же прильнула к нему, и он потонул в её тепле, в её нежности и запахе.