Большую часть времени она не отрывала от него взгляда, старалась как можно дольше держать на руках, и почти что никому не доверяла его. Иногда Калленам казалось это странным, но они решили, что все это обострившийся гормональный фон матери. Даже сейчас внутри Эсми понимала, что нужно расслабиться и провести этот день с мужем и сыном, но сознание ставило жесткий блок чувствам, не позволяя так просто распрощаться с мыслями.
Карлайл же прекрасно замечал нервное состояние супруги и всеми силами пытался помочь ей справиться, поддержать ее. Но бессмертная просто не принимала его помощи, ссылаясь на лживый факт того, что все с ней в полном порядке. Карлайл чаще не допытывался и оставлял ее, так как видел, что ей это нужно, но в душе понимал, что она не договаривает о своих страхах. Он пытался предположить, что так гложило его любимую, но серьезных причин не нашел. Ведь с Карролом все было в порядке, он был здоров, как и все остальные в доме. А неминуемая встреча с Вольтури уже перестала быть центром всех обсуждений: видимо, все уже смирились. Карлайл так сильно хотел, чтобы его Эсми раскрылась ему и поведала, что же бушует в ее душе, но она была неприступна. И мужчину задевал сей факт. До сих пор он считал, что они доверяют друг другу…
— Приятель, ты вряд ли понимаешь то, о чем я говорю, да? — Карлайл улыбнулся сыну, взгляд которого был немного дезориентирован от его рассказов. Каррол посмотрел на него, подарив беззубую улыбку и пролепетав что-то, прежде чем снова посмотреть ему за спину, дабы разглядеть одну из сосновых ветвей, что склонилась над их головами. Он потянулся к ней, пытаясь привлечь внимание отца к чему-то более интересному. — Что это? Ветка с иголками?
Малыш радостно взвизгнул, подпрыгнув на его руках, отчего Карлайл легко рассмеялся. Каррол издал пару детских звуков и дотянулся-таки до ветки, легонько дернув за нее. В один неожиданный момент ему на нос упало что-то белое и мокрое, и Каррол даже не знал, как реагировать. Карлайл по-доброму усмехнулся и принялся аккуратно смахивать с его носа снег.
— Эй, это всего-то лишь снег, малыш, ты чего? — произнес опасливо мужчина, заметив в глазах сына намек на слезы. Но было уже поздно, и он захныкал. — Каррол, ну не нужно плакать, дорогой. Подумаешь, снег упал на нос. С кем не бывает? — Каллен прижал ребенка к плечу, поглаживая по спинке и шепча на ушко успокаивающие слова. Спустя пару минут он затих, скрупулезно ощупывая маленькими ручками шею отца, к которой прислонился щекой. Карлайл рассмеялся, когда он потянул его за волосы, и попытался убрать крепкую хватку сына. — Эй, Каррол, решил оставить папу без клока волос?
Малыш отпрянул от него, запрокинув голову и уставившись глазами куда-то ввысь, и Карлайл придержал его за голову, так как сидеть самостоятельно он еще не мог. Внезапно задул ветер, и горстка снега свалилась с ветки прямо на Карлайла, а точнее на его макушку и лоб. Каррол рассмеялся, пока мужчина состроил наигранно возмущенное лицо, избавляясь от снега.
— Когда это был ты, я не смеялся, — шутливо заметил Карлайл, пощекотав его бока сквозь теплый комбинезон, отчего малыш радостно завизжал, попытавшись сначала вывернуться, а потом спрятаться в руках отца.
— Он плакал? — Карлайл и не заметил, как Эсми оказалась рядом и теперь обеспокоенно глядела на их сына.
— Да, но сейчас уже все в порядке, — заверил ее вампир, но, как только Каррол увидел маму и вспомнил недавний инцидент, он снова заплакал, протянув к ней руки. Возмущению Карлайла не было придела, и он вопросительно посмотрел на сына: — Все не в порядке? Неужели?
— Да ты просто маленький манипулятор, — Эсми усмехнулась сыну и отдала вещи из своих рук Карлайлу, чтобы принять на руки Каррола и прижать к груди. — Ш-ш, ну что ты, мой маленький… Что бы то не было, все закончилось. А что, кстати, было?
— Ему на нос свалился снежок с ветки, — девушка хихикнула, и Карлайл улыбнулся ей, немного смущенный, — а потом и на меня. Разве ты не видела?
— Думаю, наверное, нет, — спустя пару мгновений молчания произнесла Эсми, слегка потряся малыша на руках и поцеловав его в висок.
Мужчина кивнул, и она виновато посмотрела на него, не предполагая, как оправдать свое поведение. Но ему это было не нужно сейчас; он просто притянул ее к себе, позволив провалиться в его обволакивающие объятия и забыться там. Карлайл крепко прижал их к груди, целуя сначала ее в лоб, а следом и их малыша. Эсми зажмурила глаза, уткнувшись носом ему в грудь, и попыталась избавиться от тягостных мыслей хотя бы ради этих прекрасных мгновений. Вдруг совсем скоро всему этому придет конец…
— Эсми, я люблю тебя, несмотря ни на что люблю. И я готов ждать сколько угодно твоих откровений. Я все же надеюсь, что они случатся. Просто… Мне тяжело видеть, как ты терзаешь себя, мне больно осознавать свою бесполезность в этой ситуации, — прошептал Карлайл, прикрыв глаза и положив голову на ее макушку.
— Нет… Вовсе не бесполезный, Карлайл. Ты рядом со мной. Ты все, что мне нужно, понимаешь? — произнесла Эсми, чуть отпрянув от него, чтобы свободной рукой притянуть за шею и чувственно поцеловать. Карлайл ответил на ласку, нежно поглаживая пальцами ее щеки, вырывая с ее уст рваное дыхание, словно после рыдания. Он нехотя оторвался от нее, потеревшись носом о ее нос, и следом легко поцеловал.
Девушка тепло улыбнулась и чуть отклонилась от притихшего сына, чтобы посмотреть на него. Каррол спокойно лежал на плече матери, что-то лепеча себе под нос и сжимая-разжимая в ладонях ее рыжие волосы.
— Каррол, солнце, тебе наскучило капризничать, да? — малыш заинтересованно посмотрел на нее, улыбнувшись и потянувшись к ее носу. — Э, нет, хитрюга, я тебе не дамся! — Эсми рассмеялась, когда малыш взвизгнул, пытаясь донести до них что-то на своем непонятном детском языке, и любяще поцеловала его в нос, сорвав с его уст пару детских хихиканий. Бессмертная посмотрела на мужа, с упоением наблюдающего за ними, и прошептала ему с обожанием: — Я люблю тебя, родной. Так сильно…
Карлайл улыбнулся и погладил ее по голове, прежде чем поцеловать.
— Не закрывайся от меня отныне, — попросил он, пока в глубинах миндалевых глаз разливалась боль. Эсми согласно кивнула головой, погладив его по щеке. Мужчина улыбнулся и прижал ее руку к себе, чуть повернув голову, чтобы поцеловать ее ладонь.
Девушка поправила сына на руках, пока он крутился, пытаясь рассмотреть все и сразу, и рассмеялась, когда он взвизгнул, увидев наконец Карлайла. Он старательно потянул к нему руки, закусив губу в нетерпении.
— Что? Неужели хочешь ко мне? — с наигранным недоверием спросил блондин, сощурив глаза, и Эсми хихикнула, когда Каррол помахал руками в воздухе, кажется, не понимая, почему ему до сих пор не дали желанного. Он радостно взвизгнул, хотя буквально через мгновение нижняя губа задрожала.
Супруги тепло усмехнулись, и Карлайл протянул руки, чтобы взять сына. Эсми взяла обратно одеяло, пустышку и бутылочку, стоя совсем рядом с мужем и с улыбкой наблюдая за тем, как Каррол прижался к плечу отца, крепко-накрепко вцепившись в воротник теплого жилета и бежевую ткань кофты на предплечии. Карлайл отчего-то с облегчением выдохнул и слегка покачал их, обеспечивая самые безопасные на свете объятия сыну. Он улыбнулся, забывшись в сладком запахе малыша и его теплом дыхании на его шее, но вернулся в реальность, как только заметил взгляд любимой. Рыжеволосая улыбнулась, поправила шапочку на голове Каррола и потерла его спинку, на что он издал милое бульканье.
— Ну что ты, утомился? — пробормотал Карлайл, целуя его в пухлую румяную щечку, когда малыш приподнялся, реагируя на его голос. Каллены растаяли от очаровательной беззубой улыбки и рассмеялись, когда Каррол схватил ухо Карлайла и нашел интересным изучить его, а в последующем и нос. — Эй, приятель, ты, я смотрю, границ не знаешь?.. — мужчина рассмеялся, увидев блеск любопытства в глазах сына, когда он смотрел заинтересованно на его губы.