— Ты рисковал, — басом прогремел владыка.
— Риск оправдан, Повелитель. Теперь у нас есть её след. Если сделать ...
— Делай — перебил Повелитель, и в его тоне прозвучала сталь. — Ошибёшься — станешь частью этой кузницы.
Сайг сглотнул, но голос его остался твёрд:
— Я не подведу.
В очередной раз на пол брякнулся кулёк с металлическим горошинами. А красные глаза вновь уставились на фото.
***
Калитка скрипнула и в небольшом проёме появился Тима.
— Ты с кем-то разговаривала?
— Тебе-то что? — Резко ответила Лика, но тут же одёрнула себя. — А ты почему один?
Тима по шире открыл калитку, пропуская сестру:
— Дядя Гриша в подполе убирается зачем-то.
— А мама? — попутно спрашивала Лика.
— Она банки вытирает.
— Какие ещё банки?
— С вареньем всяким разным.
— А-а, точно. — пробубнила сестра.
Девушка попыталась проскочить мимо кухни и открытого подпола, но разве можно улизнуть от мамы, когда дело касается уборки. На этот раз Лике повезло и она отделалась поручением уложить брата спать.
После всего выслушанного в свой адрес недовольства, Ангелика наконец была свободна. Ничего иного, как просто пойти спать, она не придумала.
Однако даже во сне её не оставлял весь ужас пережитого.
Вода по колено: — Как всегда леденющая! — разъярённая она крикнула в темноту и волна захлестнула её с головой. За талию её схватило нечто. Сердце на миг замерло, а потом забилось часто, тревожно, будто пыталось вырваться из тесной клетки рёбер. В лицо ударил холодный поток воздуха, рванул волосы, заставив зажмуриться.
Когда она открыла глаза, под ногами была твёрдая земля — влажный песок берега, усеянный мелкими ракушками. А вокруг — тишина, нарушаемая лишь мерным плеском волн. И тёплые, надёжные руки Эрнести, поддерживающие её, будто она была хрупкой фарфоровой статуэткой, которую случайно уронили в воду.
— Снова тут?
— Ты ещё вернёшься. Будь готова ко всему.
Темноту вспорола ослепительная белая вспышка и Ангелика вскочила с постели. За окном разыгралась стихийная симфония: молнии выводили причудливые узоры на чёрном полотне неба, а косой дождь отбивал дробь по стеклу.
Девушка встала перед зеркалом и стянула рубаху с плеча, где пару часов назад «любезно» был воткнут кинжал: «Это правда всё медальон?»
Закатное солнце заливало долину золотистым светом, но в этот раз друзья не наслаждались моментом. Между троицей друзей царило напряжение. Лиора и Альберт сидели напротив Ангелики. Лика нервно теребила край платья, чувствуя, как всё сжимается внутри.
— Нам нужно серьёзно поговорить, — начал Альберт сдержанно. — Мы... беспокоимся о тебе.
Ангелика подняла взгляд:
— О чём именно?
Альберт переглянулся с Лиорой и продолжил:
— Только честно... окей? — произнес он, зависнув в неловкой паузе. — Ты связалась с плохой компанией? С теми, кто... употребляет?
— Это неправда!
— Знаем, — кивнула Лиора, но взгляд её оставался твёрдым. — Но ты стала рассеянной. Ведёшь себя странно. Рассказываешь жуткие истории. Бегаешь за БОМЖОМ!
— Я просто...
— Что? — резко перебил Лиора. — Просто общаешься с наркоманами? Просто пробуешь то, что они предлагают?
Внутри поднималась волна отчаяния. Любые объяснения будут напрасны. В их глазах она уже виновата.
— Вы не понимаете...
— Что мы не понимаем? — голос подруги дрогнул. — Что ты пытаешься доказать? Что всё под контролем? Нет! Мы видим, как ты меняешься.
Альберт положил руку на плечо Лиоры, затем снова посмотрел на Лику. Тишина давила. Девушка понимала: они уже всё решили. Она медленно выдохнула:
— Хорошо. Вы правы. Я... общалась с ними. Но больше не буду. Обещаю.
Альберт и Лиора переглянулись — облегчение, смешанное с недоверием.
— Правда? — осторожно спросила Лиора.
— Да. — Лика кивнула, стараясь говорить твёрдо. — Я завязала. Это было ошибкой. Больше не повторится.
— Мы хотим верить тебе, — сказал Альберт. — Но если узнаем, что врёшь...
— Не узнаете. — Лика опустила глаза. — Я всё поняла.
На мгновение повисла тишина. Парень первым нарушил молчание:
— Пойдёмте на старые качели? На закате там красиво.
Лиора кивнула, слегка расслабившись:
— Да, хорошая идея.
Лика молча поднялась. Внутри всё ещё скребло от несправедливости, но она заставила себя улыбнуться:
— Идём.
Они неспешно направились к старым деревянным качелям, установленным на небольшой возвышенности. Отсюда открывался вид на всю долину, залитую золотистыми лучами заходящего солнца. Златовласка села на качели, слегка раскачиваясь. Альберт устроился рядом, а Лика опустилась на траву неподалёку, обхватив колени руками.
Некоторое время они молчали, наблюдая за тем, как длинные тени ложатся на траву. Постепенно напряжение начало спадать.
— Помните, как мы в детстве тут часами сидели? — тихо спросила Лиора, глядя вдаль.
Альберт усмехнулся:
— Ты всегда боялась сильно раскачиваться, а Лика, наоборот, требовала «ещё выше!».
Ангелика слабо улыбнулась. В этот момент атмосфера стала почти прежней — тёплой, дружеской. Только она знала: под этой оболочкой всё ещё ворочаются тяжёлые мысли, а в памяти вспыхивают тревожные образы.
Смех друзей разносился по долине, отражаясь от скал. Лиора, заметив алый цветок, добавила его к букету.
— Темнеет.
— Бабуля написала. Пошлите. — Лиора поднялась и все двинулись за ней.
Один единственный фонарь старательно освещал закуток забытой всеми дорожки. Скоро и он перегорит. Никто его не починит. А пока под ним собралась стайка ночных мотелей.
— Если бы ты был бабочкой, Альберт, что бы ты делал? — спросила она.
— Поселился бы у тебя в шкафу. И поедал твои льняные платья.
— Почему именно льняные?
— Лучшая часть твоего гардероба. Я бы не устоял перед их изяществом. — Альберт заставил девушку смутиться, затем под пнул мелкий камушек и начался импровизированный футбол.
— А ты? — крикнула Лиора. — Кем бы ты стала?
Перед глазами девушки вспыхнули обрывки воспоминаний: лицо барда искажается от боли, воздух будто наэлектризовался и... удар; Ворон, оказавшийся человеком, тащит изо всех сил за грань, хотя она и не сопротивлялась...
— Птицей, — выдохнула Лика, возвращаясь в реальность. — Летала бы до изнеможения. Наслаждалась бы свободой.
Ладони зудели. Не тормозя, она подняла руки — на ни заиграли голубоватые блики, будто внутри разгоралось невидимое пламя. Мысли вернулись к словам Эрнести: «Ты еще вернешься».
— Лика? — настороженно позвала Лиора.
Подруга обернулась на зов:
— Да...
Девушка не договорила.
Резко, будто шагнула в невидимую дверь, она исчезла. Не постепенно, не растворяясь — мгновенно, как будто её выключили. Только что была здесь — и вот уже пустое место, лишь лёгкий вихрь воздуха, будто от распахнутого окна.
— Лика?! — крикнул Альберт, бросаясь вперёд. Его руки схватили лишь пустоту.
Лиора застыла, прижав букет к груди. В ушах звенело. Только ветер шелестел травой, пытаясь заполнить внезапную пустоту. Альберт медленно обернулся к Лиоре. В его глазах — немой вопрос. Она покачала головой. Слова не шли.
Где‐то там, за гранью видимого, шла Лика. В ушах звучали последние слова Эрнести: Ты ещё вернёшься. Будь готова ко всему.