— Мне это не нравится, — заявила она и решительно встала.
То, что произошло вслед за этим, стало слишком неожиданным и для Велимира, и для Эрика. Нинния спокойно, словно одна находилась в покоях, нагнулась, подхватила края широкой накидки и сняла её через голову.
Принц покраснел было, но улыбнулся. Под "рясой" оказалась чудесная фигурка, одетая в короткую тунику. Нинния деловито приподняла "рясу" и, хозяйским глазом окинув одеяние, взяла у Эрика из ножен кинжал, чтобы распороть его и теперь в виде настоящего плаща накидывать на плечи.
Глядя, как она двигается, Эрик уверенно спросил:
— У кого ты в последний раз была рабыней?
— У одного купца. Он был очень богатый, и ему нравилось, как я танцую. А здесь и правда Ползуны? А это что такое?
Сразу после её вопроса Эрику немедленно захотелось на всякий случай опять закрыть ей рот. Потому что Нинния беспечно подбежала к скамье, внизу которой безвольно громоздилась чёрно-красная куча. Но Велимир опередил.
— Нинния! — властно окликнул он девицу. — Вернись!
Изумлённая Нинния оглянулась — Эрик кивнул. Но девица оказалась своенравной. Едва вернувшись, она тут же накинулась на мальчишку:
— Ещё всякий малолетка будет указывать, что мне делать, а чего — нет! Хватит с меня хозяев надо мной!
Варвар лениво сказал:
— Любые приказы короля Велимира ты будешь выполнять как повеления самого страшного хозяина в твоей жизни.
Мальчишка с благодарностью взглянул на него и улыбнулся. Оборачиваясь же к Ниннии, он постарался выглядеть весьма суровым.
26.
Астри.
Лорд Валериан ногой вышиб дверь к выходу на площадь, обнаруженную Скорпой и леди Юлианой, да так, что дверь провисла на нижней петле. В уже привычный, темновато-жёлтый свет улицы Астри выскочила из здания опрометью, словно земля под ногами горела. Остальные воины в поспешности не уступали девушке: несмотря на уверенный вид предводителя, Всадники не доверяли странному мосту, явленному в результате чтения чародеем слов, которых тот не понимал. О чём прекрасно знали все. Так что выскакивали, нисколько не стесняясь ни друг друга, ни командира.
Бродир не выскочил — вышел медленно, на подрагивающих ногах. Родрик сразу подошёл к нему, а Скорпа буквально подлетела. Дракон осунулся и выглядел серым и усталым.
— Что с тобой? — озадаченно спросила девушка. — Ты ведь только читал!
— Это чтение… — монотонно сказал Бродир. Он прислонился к стене, съехал спиной на корточки и выдохнул: — Это чтение… Я каждую секунду боялся, что мост вот-вот рухнет, что Всадники попадают вниз. Меня убивало каждое мгновение, пока читал. Никогда в жизни так не боялся. — Он поправил меч на боку, помедлил и вцепился в него заметно дрожащими пальцами.
Какая-то тень упала на него и на стену дома. Лорд Валериан.
— Ну хорошо. Ты боялся за Всадников. Но какого дьявола ты вообще не хотел читать? Ты знал, как прочитать, — и не хотел. Почему?
— Никто никогда не знает, что именно говорит гадание, — медленно выговорил Бродир. — Если я точно не знаю, к чему приведёт моё чтение, как мне не колебаться? А вдруг бы всё наоборот? Вдруг бы рухнул последний островок, на котором мы стояли? Что тогда? Да меня тошнило от сомнений!
Он вцепился в рукоять меча, вздрагивая… И вдруг поднял голову.
— И зря вы сказали, что я смогу вытащить только одного из моих друзей. Я достаточно большой, чтобы вытащить их обоих.
Скорпа прижала ладонь ко рту. Но лорд Валериан нисколько не осердился. Он лишь привычно ухмыльнулся и кивнул:
— Главное, большой чародей, что ты обозлился и всё-таки прочитал с плиты.
Он развернулся и пошёл к Всадникам и леди Юлиане. Глядя ему вслед, Бродир, на чьё серое лицо начали возвращаться обычные для него, смуглые краски, пробормотал:
— Отец однажды сказал: ответственность лишает свободы. Только сейчас я понял, как он прав. Только он забыл сказать, что ответственность — это ещё и страшно.
— Ответственность возникает не просто так. Чаще за людей, которые тебе доверились. А ещё чаще — за людей, близких тебе. Хочешь свободы от ответственности — будешь одиноким. У нас в стае говорят иначе, — улыбнулся Родрик. — Свобода — это выбор. Ответственность — тоже.
— Философы! — фыркнула Скорпа и погладила Бродира по голове, смеясь над его взъерошенными волосами — впервые такое видела! — Пошли к площади. Там место открытое, безопасно. Отдохнёшь.
Дракон неуклюже встал и зашагал, время от времени пошатываясь, словно лишь недавно очнулся от сна, — но с каждым шагом всё увереннее.
Вот теперь стало видно, что это город, а не лабиринт сплошных переулков. Площадь окружали величественные здания, украшенные множеством архитектурных деталей, напоминающих о великолепных римских дворцах. Правда, их высоту узнать так и не удалось: здесь, как и везде, стены зданий скрывались в слоях темнеющей наверху мглы. Трудно оказалось определить и возраст стен: суховатые, хорошо сохранившиеся, без трещин, вблизи они пахли пустынными скалами, прогретыми палящим солнцем.