— Что-то не так, — ответил Катал, не отрывая взгляда от ставшего черным как смоль горизонта, где небо, казалось, пролилось на землю сплошной массой мрака.
Это должен был быть восход, Солнце уже медленно поднималось в небо, но его нигде не было видно, его ярко-желтая форма была полностью скрыта массой обсидиана. Тишина была такой оглушительной, что он мог поклясться, что слышит, как в голове Акселя вертятся колесики.
— А вы не могли бы воспользоваться вашими… — Аксель покрутил пальцами в воздухе, указывая на Генерала, — …ну, знаете, теневыми штуковинами и обыскать местность в поисках любых скрытых ловушек для демонов?
Его бровь взлетела вверх. — Моими штуковинами? — спросил он.
— Да, ты знаешь. Эти черные змеи, или чем они там, черт возьми, являются. — Он развернулся лицом к Каталу, разинув рот, и уронил меч, который висел у него на боку. — Подожди, у них есть имена?
Генерал осмотрел его, нахмурив брови, с задумчивым выражением на залитом кровью лице грозного мужчины, и глубокая гримаса неодобрения пересекла его черты. — Как, черт возьми, тебе всегда удается говорить глупейшие вещи, даже в подобных ситуациях? Как будто твой мозг запрограммирован раздражать меня.
— Что? Мне любопытно! Ты нам ничего не рассказывал, Ваше Святейшество. Насколько я знаю, ты даже не выглядишь так, а просто какое-то отвратительное гребаное существо, запертое в теле мужчины.
Катал закрыл глаза, бормоча себе под нос успокаивающие слова, слушая бессвязную речь светловолосого воина. — Прекрати болтать.
Аксель мгновенно заткнулся, затем прочистил горло, пробормотав череду извинений, и как раз вовремя, потому что в следующий момент раздались крики, когда тиросские воины поспешили вернуться в свои ряды и снова сформировать единое целое, держа под собой лошадей.
Сквозь темноту выехало массивное одинокое рогатое существо верхом на крылатой шестиногой мерзости, тела обоих были покрыты оливково-зеленой металлической чешуей. С двойных челюстей крылатого зверя капала какая-то желтая слизь, в то время как бесчисленные ряды невероятно узких на вид зубов торчали изо рта во всех направлениях, как будто нижняя часть его лица была обмотана колючей проволокой.
У всадника было три руки, одна из них торчала из середины спины, в которой он держал гигантский топор. Его левая рука держала поводья, в то время как правая сжимала когтистыми пальцами огромный зазубренный меч в форме циклона, черный металл которого был почти невидим, если бы не неестественный красный отблеск, который он испускал.
Из его головы торчала пара изогнутых рогов черного дерева, устремленных к небу, их концы были заостренными. За исключением единственного металлического ошейника с шипами, никакая броня не украшала его чудовищное тело.
От него исходило чувство страха, настолько ощутимое, что воздух вокруг него задрожал, когда пара галопом направилась к людям, но остановилась на полпути через бесплодные равнины. Его кроваво-красные глаза остановились на Генерале, зловещая улыбка растянулась на чешуйчатом лице.
— Ваал, — прошептал Катал, его внутренности упали, все надежды на человеческую победу погасли, как пламя догорающей спички. Потому что только что прибыл Главный командующий армиями Демонов Хаоса. Что означало —
Семеро уже были здесь.
ГЛАВА
43
Ч
Черная смола забрызгала его нагрудник, когда Катал разрубил другого демона на куски, его голова отлетела назад и присоединилась к бесчисленным другим трупам, разбросанным по бесплодным равнинам.
Его взгляд метнулся вперед, где неподвижно восседал Ваал на своей крылатой мерзости. Он сидел и наблюдал за окружающим хаосом, его красные глаза были устремлены на Катала, точно так же, как и с тех пор, как несколько часов назад появился Верховный Командующий. Как будто битва между людьми и демонами была зрелищем, созданным исключительно для его развлечения.
Обширное поле наводнили жуткие существа, их омерзительные формы атаковали тиросских солдат со всех сторон, и Катал снова нанес удар.
Это были неестественные, жуткие формы, некоторые с множеством хвостов и конечностей, другие с гуманоидной внешностью, но с двумя или более головами на плечах, третьи представляли собой смесь туш мертвых животных с плотью, свисающей с их длинных сломанных костей. Похожие на насекомых, странные формы с мехом и чешуей, рогами и бивнями, всех оттенков коричневого и красного, глубокого синего и темно-зеленого — все они летели на смертных.