Роман и другие лейтенанты были среди хаоса, и Дуна узнала Генерала Белшазара, летящего верхом на гибриде белого леопарда и совы, направлявшегося прямо на одного из архидемонов — того самого, у которого не хватало одного из рогов.
Еще один из Семи пал, полностью потерявшись в ходе штурма. Казалось, что силы союзников побеждают. То есть до тех пор, пока бесконечный поток новых демонов не хлынул через разломы и не присоединился к ним на поле боя. И оба павших архидемона встали на ноги.
— Нет. — Отчаяние вытеснило зарождающееся зерно надежды, подрезав его прежде, чем оно успело пустить корни.
Как они могли когда-либо победить это зло?
Это казалось невозможным.
Вдалеке раздался свирепый рев, и семь гигантских крылатых теней вырвались из темноты, летя прямо на них и на поле битвы.
И очень знакомый серебристый зверь появился впереди, ведя их за собой.
— Райден.
Это был едва слышный шепот, поскольку Дуна в полном шоке и неверии смотрела, как ее старый друг и шесть оставшихся драконов ворвались внутрь и сожгли своего врага на месте, превратив их в груды пепла, которые развеялись на ветру.
Он вернулся.
И он привел с собой драконов Каминари.
Из их широко раскрытых гигантских челюстей вырывался огонь, оставляя за собой след тотального разрушения. Чешуя мерцала, отражая яркие оттенки синего и белого, оранжевого и красного.
Совершенно черный дракон, крупнее всех остальных, даже крупнее самого Райдена, с чистым эбонитовым огнем, вонзил свои когти в особенно ужасного на вид архидемона, оторвав одно из его перепончатых крыльев. Яд потек с клыков дракона, когда он уперся обеими ногами в заднюю часть шеи архидемона и одним быстрым движением вонзил свои клыки внутрь и вырвал архидемону спинной мозг.
Ониксовый дракон издал победный рев, плюясь чистым черным огнем в разверстое небо.
Воцарился полный хаос.
Дуна оказалась в центре событий, ее меч разил направо и налево, пока младшие демоны приближались к ней. Ее мышцы протестующе ныли. Ее голова раскалывалась от напряжения, но она все равно продолжала идти. Продолжала врезаться во врага. Казалось, часы или дни проходили одинаково, конца нигде не было видно.
Она игнорировала мучительную боль, требовавшую, чтобы она упала на колени и проспала несколько недель. Вид ее воинов и людей, сражающихся бок о бок друг с другом, пробудил старые воспоминания и разбередил старые раны, и она удвоила свою атаку, не оставив после себя ничего от демонов. Каждый новый удар был подобен выбросу адреналина, подпитывая ее жажду крови и монстра внутри нее.
Оно подняло голову, глядя прямо на нее из самых глубин ее души.
Напоминая ей о предстоящей задаче.
И о жертве, которую еще предстояло принести.
Сквозь хаос она увидела Катала, одинаково перепачканного и кровью, и смолой, его глаза горели, когда он безжалостно потрошил их врага.
Укол в сердце заставил ее схватиться за грудь прямо поверх доспехов, и, словно почувствовав на себе ее взгляд, он повернул голову — и их взгляды встретились на поле боя. И внезапно она снова оказалась на той первой Великой войне, глядя на мужчину, которого ее послали хладнокровно убить.
Волны энергии обрушились на нее. Заставляя ее задыхаться и страстно желать быть рядом с этим темным, загадочным мужчиной. Оставляя ее жаждущей большего. О нем, о них, о совместной жизни, которой никогда не могло быть.
Как и в тот самый первый день много веков назад, она поймала себя на том, что ей не хватает воздуха. Хватаясь за соломинку, которая могла бы вытащить ее из-под его притягательного взгляда обратно в суровую реальность их мира.
— Я здесь, — проскрежетал в ее голове бархат. — Мы справимся. Я клянусь тебе, маленькое чудовище. Просто продержись еще немного. — И настоящий монстр внутри нее заскулил, зная, что его время почти пришло.
Прошло еще мгновение, пока они смотрели друг на друга сквозь этот хаос, еще мгновение, прежде чем демон набросился на нее, и внимание Дуны переключилось на это, разорвав ее связь с мужем и парой. Заставляя ее осознать полное опустошение вокруг нее.
Повсюду, куда бы она ни посмотрела, были разбросаны трупы. Людей и демонов. Полубогов и диких зверей. Груды мертвых тел только растут с каждой минутой.
Смерть не пощадила никого, даже с помощью древних драконов.
Казалось, это была бесполезная битва.
Та, которую они проигрывали.
Старое чувство беспомощности вернулось с новой силой, и Дуна обнаружила, что застыла на месте, блуждая глазами по развернувшейся перед ней бойне.