Бесконечные черные змеи ночи вырвались из ниоткуда, скользнув по полу из мерцающего звездного света, под которым плыла великолепная радужная туманность, и обвили своими длинными телами Короля.
— Они не бросаются на тебя, — продолжал он, — не царапают и не раздирают своими холодными пальцами. Не вцепляются в твои конечности, как кровососущие пиявки, моля о спасении своих мерзких душ. Ты засыпаешь, пребывая в блаженном неведении обо всем этом. — Бог стиснул челюсти, на его лице застыла глубокая гримаса, он кипел от злости. — Царь Небес спит, как новорожденный младенец, потому что веками его брат выполнял грязную работу во вселенной. Потому что именно он сохранил мир и твой драгоценный трон нетронутыми. Потому что я снова и снова жертвовал своим покоем. Своим рассудком. Своей душой. Чтобы сохранить хрупкое равновесие нашего космоса. Я — единственная причина, по которой ты все еще сидишь на этом троне. Почему твое царство среди небес остается чистым. Почему ты можешь вести себя так могущественно и возвышенно. — Волны ночи расходились от его тела. — Ты в долгу перед мной. Никогда не забывай об этом, брат.
Гнев короля перерос в вызов, и вокруг них разразилась грозовая буря, когда он закричал: — Ты утратил свое право сидеть на этом троне в тот день, когда ушел с Выборов! Ты сделал это сам, никто не заставлял тебя отказываться от него!
— Я НЕ ХОЧУ ЭТОГО! — взревел Бог Смерти, и из него вырвалось еще больше теней, смешиваясь с бурей. — Я НИКОГДА этого не хотел! Каким правителем я был бы?! — Он наклонился к лицу короля, склонив голову набок. Его губы сжались в жесткую линию, когда его бесконечно черный взгляд остановился на Короле. — Видишь ли ты тьму, что скрывается под моей внешностью, дорогой брат? Чудовище, притаившееся в тени, только и ждущее, чтобы его выпустили на волю? — Его пальцы сомкнулись на горле Короля еще до того, как тот понял, что происходит. — Ты не боишься того, что с тобой станет? — Он зарычал, верхняя губа обнажила клыки. — Твоего драгоценного королевства? Мира, если я когда-нибудь позволю ему вырваться на свободу?
Черная фигура отделилась от Повелителя Подземного мира, ее очертания росли, пока не распространились по всей Полярной звезде. Растягиваясь, затягивая, разливаясь по другим звездам и галактикам, уничтожая все на своем пути. Заслоняя даже Солнце.
Оставляя за собой абсолютную тьму.
Рука Короля схватила брата за горло, сжимая и посылая в него электрические разряды, пытаясь привести бога в чувство и унять надвигающуюся гибель, но казалось, тот ничего не чувствовал. Ошеломляющее открытие заставило его усомниться в своем выборе, когда губы бога приподнялись в зловещем ликовании, но было слишком поздно: он осознал свою ошибку.
Крики заполнили разум Короля, как только его ладонь коснулась кожи бога. Бесконечные, мучительные крики. Затем последовали оглушительные завывания и пронзительные вопли.
Развратные.
Неестественные.
Как призраки на охоте.
— В чем дело, Ваше Величество? — подначивал его бог, в глазах которого не было ни капли тепла или жизни. Само подобие бездонной черной дыры. — Только не говори мне, что ты не выдержишь небольшой пытки? — Он сжал шею Короля, приближаясь к его лицу, когда тот зарычал. — Неужели моя ноша слишком тяжела для тебя, дорогой брат?
Бог Смерти отпустил его и, сделав широкий шаг назад, отозвал свои тени, окутавшие весь космос. Царь Небес наблюдал, как они сливались с телом мужчины, входя в него потоком обсидиана, пока последняя из них не скрылась из виду.
— Ты даруешь мне мою смертность. Я не буду просить тебя снова.
Волосы Короля встали дыбом, его прежняя ярость из-за постыдной просьбы брата вернулась с десятикратной силой.
— Я НЕ СДЕЛАЮ ЭТОГО! — крикнул он, его голос прогремел, как раскат грома, эхом разнесшийся по открытому пространству. — Ты и я, мы не можем позволить себе роскошь сдаваться. Мы не имеем права отказываться от своих ролей. Мы — Высшие Боги! Само воплощение истинной силы Вселенной. Единственные существующие воплощения самой вселенной. Меня не волнует, что ты больше не можешь с этим справляться, что ты испортился! Ты всегда был слишком милосердным с самого начала. Возможно, так и должно было быть, чтобы ты наконец изменил свой образ жизни. — Мимо них пронесся метеоритный дождь, отражая его глубокое беспокойство. — НЕ СМЕЙ. Приходить ко мне снова с той же просьбой, брат, или ты пожалеешь об этом. Это мое единственное предупреждение.