Вкус его прекрасной богини все еще оставался на губах, напоминая о том, что ждало его на атласном ложе греха. О том, что случилось до того, как он неохотно покинул ее райское тепло. О сногсшибательных образах того, как его женщина снова и снова кончала на его члене.
Он улыбнулся про себя, вспоминая все восхитительно порочные вещи, которые вытворял с ней, прежде чем наконец позволить ей уснуть.
Ей повезло, что руки были в бинтах — этот факт заставил его быть с ней помягче, поэтому он оставил ее отдыхать и набираться сил, а сам потратил это время на то, чтобы уладить кое-какие дела.
Ноги широко расставлены, он занимал как можно больше места. Улыбка Катала погасла, когда его невеселый взгляд скользнул по ряду мужчин, выстроившихся перед ним в огромном Тронном зале Скифии. Том самом зале, что кричал об ужасающей, жестокой истории своего народа.
Все помещение было выдержано в землисто-коричневых тонах — от стен до пола, выложенного терракотовой плиткой. Там, где стена прямо напротив помоста была покрыта окнами высотой до потолка, пропускавшими солнечный свет, остальные стены были увешаны множеством самых простых и самых экзотических видов оружия, известных человеку. Трофейное оружие всех поверженных правителей со всего Континента, которых предыдущие тиросские короли свергали с момента прихода Магнуса к власти.
Свергали и отправляли в ранние могилы.
Катал оглядел свою аудиторию. Два смертных короля со своими братьями, соответственно, и Чародей стояли перед ним гуськом. Отсутствовал только Эдан, который, скорее всего, ухаживал за маленькой девочкой, спасенной им ночью. Словно школьники в ожидании нагоняя, мужчины нервно переминались с ноги на ногу.
Все, кроме одного.
— Шед, — обратился Катал к богу. — Подойди ближе. — И, как он и предполагал, отец Дуны сделал это без малейших колебаний.
— Ваше Высочество, — приветствовал его мужчина в привычных синих льняных одеждах, склонив голову с каштановыми локонами, прежде чем встретиться с пытливым взглядом Катала.
— Полагаю, вы проинформировали нашего нового короля Бакара и оставшихся членов его семьи о текущем положении дел на Континенте.
Шед утвердительно кивнул. — Да, он знает, чего от него ожидают.
— Я не об этом спрашивал.
— Они знают о резне в Большом Дворце и о том, что причиной были демоны. Мы работаем над поиском решения, Святой Принц.
— Решение очевидно. Найдите потомков королевы демонов и верните их в Бакар, где их следует казнить и сжечь вместе с их приспешниками-демонами, прежде чем ситуация выйдет из-под контроля и распространится по всему королевству.
— Боюсь, все не так просто.
Катал зарычал низко и угрожающе. Привычка бога всегда иметь в рукаве очередной секрет выводила его из себя. — И почему же? Пожалуйста, объясни.
— Мы не знаем, кто ее потомок. И их только один или несколько. Это может быть кто угодно. Где угодно. Может быть, даже в другом мире — возможности безграничны. А у нас не так много времени. Пантеры могут сдерживать их недолго, и даже если бы я командовал каждым живым зверем в Восточном Королевстве, это все равно не гарантирует, что им удастся сдержать нашествие демонов.
— Там может быть только один прямой потомок, — возразил Катал. — Демоны размножаются не так, как смертные, они могут выносить только один единственный плод до полного срока за всю свою жизнь, и эта черта передается по всей их родословной. Это также должна быть женщина — именно женщины несут в себе определенные гены. И она здесь, на Континенте. Иначе демоны не проснулись бы. Они бы не отреагировали на наследника крови королевы демонов, если бы этот человек находился в другом мире. Они не могут чувствовать через порталы. Ты уже знаешь это, Шед.
Кто-то пошевелился в ряду мужчин, но он не обратил на это внимания. Пока этот кто-то не прочистил горло.
— Генерал, — сказал Киан, делая шаг вперед, но удерживаясь от того, чтобы подойти к возвышению, на котором стоял тиросский трон.
Его трон. И Катал на нем.
— Можете подойти, Ваше Величество, — подбодрил он грозного молодого короля, помахав рукой и терпеливо ожидая, пока тот подойдет. — Что такое?
Пронзительные серые глаза Киана метнулись к Чародею, словно оценивая его. Чеканный бронзовый обруч гордо покоился на его темноволосой голове, удлиненная эмблема ужасного волка с обсидиановыми шипами казалась такой же зловещей, как всегда, в устрашающем пространстве, переполненном остатками бурного прошлого его предков.