— Возможно, я смогу помочь с этим, — наконец ответил король Тироса, снова переводя взгляд на помост и Святого Принца, сидящего в его центре.
При этих словах брови Катала взлетели до линии волос. — И как именно ты собираешься это сделать?
Киан потер предплечье поверх одежды, прямо над тем местом, где на его коже отпечаталась Метка Смерти. Та, которой Катал заклеймил его после того, как заключил королевскую кровь и душу в вечное рабство.
Или пока его долг жизни не будет возвращен.
Старые воспоминания нахлынули на Катала, пока он ждал, что король проявит ту безжалостную храбрость, которую Катал распознал в нем с самого начала. Старые воспоминания о Магнусе и истреблении невинных прямо здесь, в этом самом Тронном зале.
О реках крови, пропитавших эти самые плитки — плитки, которые были более светлого коричневого цвета, когда их изначально укладывали. Но они были настолько пропитаны кровью от безумного неистовства Магнуса, что навсегда окрасились в нынешний темно-коричневый цвет.
Цвет плачущей земли.
Цвет смерти.
— Выкладывай, — пророкотал Катал, терпение которого подходило к концу. Беспокойство и агрессия в его теле усиливались с каждым новым воспоминанием, нахлынувшим на него. С каждым трупом, который он видел разбросанным по полу.
О, как же он ненавидел это место.
Ненавидел его и этот гребаный трон, на котором сейчас сидел. То, что он символизировал. Чему был свидетелем. Что он видел каждый раз, когда входил в это жуткое пространство. Вот почему он так старательно избегал его в прошлом.
Еще одно рычание нарастало в нем, неспособном контролировать ярость, которая, казалось, только возрастала.
Ему нужно было убираться оттуда к чертовой матери.
Убрать себя из воздуха, все еще насыщенного криками убиваемых людей. Все еще пропахшего кровью, мочой и дерьмом, пропитавшими сами стены зловещей комнаты. Все еще купающегося в слезах и воплях детей и младенцев, оторванных от матерей и повешенных на стенах дворца.
От Святого Принца отделились тени. Толстое покрывало из оникса растеклось по всем видимым углам комнаты. Вся его фигура пульсировала опасностью. Насилием. Угрозой неминуемой гибели.
Ему, черт возьми, нужно было успокоиться.
Но это было невозможно.
Он погрузился в воспоминания, и это вызвало его гнев.
— Лейла, — выплюнул Киан, не отступая, несмотря на затаившуюся угрозу, и прервал убийственные мысли Катала. Когда он продолжал смотреть на него, не мигая, мужчина продолжил: — Она потомок королевы демонов.
Каждая клеточка тела Катала замерла.
Каждое волокно натянулось до предела.
Даже его тени, казалось, застыли в воздухе.
— Что? — это было все, что он смог сказать. Не уверенный, что правильно расслышал старейшего королевского правителя. Не веря, что это может быть так просто. Что решение их проблемы — спасение Восточного Королевства — все это время было прямо перед ними.
Даже Чародей окаменел, все его поведение менялось от неуверенности к недоверию, чем дольше признание Киана висело в воздухе.
— Ее мать, — храбро продолжил тироссианец, — происходит из древнего рода ведьм.
— Ведьмы — это не демоны, — вмешался Шед.
— Нет, конечно, нет. Но ее великий предок был могущественным чародеем. Тем, кто жил в Бакаре во времена правления королевы демонов, прежде чем ее схватили и обезглавили. Он увлекся ею, и в мгновение ока она вынашивала его ребенка. Это не должно было быть возможным, но, как я уже сказал, он был не обычным человеком. Вскоре после этого она родила маленькую девочку, которую отослали после того, как королева демонов была схвачена, и эта маленькая девочка передала гены королевы демонов следующему поколению. Мой отец познакомился с матерью Лейлы во время командировки на один из наших самых дальних аванпостов на Тиросе. Я не знаю, как это произошло. Я давно подозреваю, что она околдовала его — ведь мой отец любил мою мать больше всего на свете и никогда бы не предал ее таким образом. Но мы никогда не узнаем, и это больше не имеет значения. — Его челюсти сжались от гнева при воспоминании. — Остальное, как ты уже знаешь, уже история.
Мысли Катала метались. — И ты уверен в этом? В ее происхождении?
Кивнув, Киан указал в сторону Больших Архивов. — Я нашел свидетельство о рождении Лейлы вместе с ее генеалогическим древом и несколькими старыми дневниками, исследуя другой вопрос в королевской библиотеке. Как вы знаете, закон требует, чтобы каждый потомок короля имел действительную и аутентичную родословную, чтобы подтвердить свои права на трон, если король умрет до того, как выберет своего преемника, или один из них может быть назначен в порядке рождения.