Целая нация людей зависела от него, от его вердикта: отправить ее на казнь или сделать это здесь, в Скифии, где он мог быть уверен, что все сделано должным образом, где он мог увидеть это собственными глазами и развеять свои сомнения.
Единственное, в чем Катал был уверен, так это в том, что ему нужно было проявить смекалку, прежде чем отправлять ее разгуливать по всему Континенту, с охраной или без. Если бы ей удалось каким-то образом сбежать до того, как они доберутся до подземелий в Навахо, все Восточное королевство было бы обречено.
Он хрустнул шеей, снимая часть накопившегося напряжения. Острая боль в груди заставила его потереть это место, прямо над сердцем, которое вело себя особенно странно. Прошло много времени с тех пор, как у него были такие болезненные ощущения, с тех пор, как они с Дуной помирились и укрепили свою связь.
Так что же заставляло его снова чувствовать мучительную боль в груди?
— Ваше Высочество, — низкий голос остановил его бешено вращающиеся мысли. — Что вы намерены делать теперь, когда мы установили личность Лейлы?
Катал перевел взгляд направо, где Чародей стоял в ожидании инструкций. Он оглядел его, двумя узкими щелочками оценивая мужчину.
Тот самый, который сбежал из Храма Солнца как раз в тот момент, когда всплыли последние потерянные воспоминания Дуны. Те самые, которые были стерты и из памяти Катала.
Презрение и ярость исходили от него, когда его взгляд скользнул по богу-воину, одному из самых могущественных божеств Небесного Двора, сразу после него и Нкоси. Он размышлял, что делать с ним и с кладезем тщательно скрываемых истин, которые тот все еще прижимал к груди. Тени жаждали обвиться вокруг мужчины и наказать его за множество прегрешений, с которыми Каталу еще предстояло разобраться.
Что ж, раз сегодня день правды, можно начать с самой очевидной.
— Скажи мне, — сказал Катал тоном, сочащимся едва сдерживаемым ядом. — Как ты это сделал? Когда ты подобрался ко мне достаточно близко, чтобы проникнуть в мой разум так, чтобы я не заметил твоего присутствия?
Чародей замер, все его поведение изменилось прямо на глазах Катала. Но он не почувствовал исходящего от него страха. Приятный сюрприз, но его следовало ожидать, учитывая высокий ранг бога на небесах.
— Будет лучше, если мы не будем обсуждать это в присутствии смертных, Святой Принц.
Слащавая улыбка украсила губы Катала, когда его большой палец забарабанил по подлокотнику в форме волчьей лапы. — Они не смогут использовать информацию и применить ее к другим, не так ли, Шед? — Его глаза вспыхнули раздражением, тон был угрожающим и вызывающим, заставляя бога отказать ему, когда каждый мускул в нем напрягся. — Отвечай на мой вопрос.
— При всем моем уважении, Ваше Высочество, я бы предпочел, чтобы люди оставались в неведении о путях богов и о том, на что мы действительно способны. Чем меньше они знают, тем лучше для их же блага.
В одно мгновение тени вырвались вперед, подхватили членов королевской семьи и вынесли их из Тронного зала, захлопнув за ними двойные двери.
— Не заставляй меня, черт возьми, повторяться.
Его встретила тишина. Одно мгновение превратилось в два, затем в три, пока, наконец, Чародей не открыл рот. — Это было сразу после войны, когда ты отправился в Белый город с новым Стражем, — признался он. — Я отправился навестить Лукана, чтобы научить его готовить Эликсир Жизни, который ему понадобится, чтобы прожить достаточно долго и сохранить клетку Апофиса нетронутой, по крайней мере, до тех пор, пока не будет выбран новый Хранитель. И вот ты появился, как будто сама Судьба преподнесла мне тебя на блюдечке с голубой каемочкой. Поэтому я продолжал наблюдать за тобой, ожидая, когда ты ослабишь бдительность ровно настолько, чтобы я смог пробить твою защиту и сделать то, что было необходимо.
Язык Катала скользнул по его нижним зубам, он был одновременно поражен склонностью бога к обману и его смелостью.
— Я впечатлен. — И он был впечатлен. — Кто бы мог подумать, что ты так хорош в интригах. Жаль, что в данном случае это ни к чему не приведет. — Зачем ты это сделал?
— Я просмотрел воспоминания Дуны, прежде чем поместить ее вместе со смотрителем в маленькую уединенную деревушку на Западе Тироса. Я видел ее воспоминания, связанные с Войной. — Бог сглотнул, обводя взглядом нетронутый терракотовый кафельный пол. — Я знал, что она вступила с тобой в контакт, что ты поклялся разыскать ее после этого. Я не мог так рисковать. Я не мог рисковать, отправляя тебя на поиски и выдавая ее местонахождение, не после того, как я зашел так далеко, чтобы защитить ее. Держать ее подальше от тех, кто мог причинить ей вред. Убедиться, что она никогда не вернется в Забытое Королевство. Я должен был держать ее как можно дальше, а твое знание о ней, о самом существовании ее, было слишком большим риском. И даже если однажды, где-нибудь, каким-то образом вы случайно встретитесь снова, я должен был убедиться, что ты ее не вспомнишь. Что у тебя не будет причин оставаться поблизости от нее и приводить к ней других.