— Нам пора идти, — вмешался Райден, уже обратив внимание на небо, которое темнело с каждой минутой. — Если бы дело было только во мне, я бы остался и помог всем, чем могу, но я не могу, я должен думать о Нире, и для нее небезопасно оставаться здесь.
— Ты уже помог нам, и мы в вечном долгу перед тобой за это. Но ты прав, тебе лучше вернуться в Соту. — Дуна изобразила улыбку. — Мы еще встретимся. Когда-нибудь. Если когда-нибудь этот день наступит.
Райден шагнул к ней, вторгаясь в ее личное пространство, и, раскинув свои огромные руки, притянул ее ближе к своей груди. Она замерла, руки неподвижно повисли по бокам. — Спасибо вам, командир, за все, что вы сделали для меня в прошлом. Я никогда этого не забуду. — Он отпустил ее, но не раньше, чем схватил за лицо и запечатлел крепкий поцелуй посередине лба.
Дикое рычание наполнило воздух, прежде чем щупальца ночи окутали ее.
— Ах ты, маленький засранец! — Дуна оттолкнула его как раз в тот момент, когда тени дернули ее вверх и прочь, в сторону кипящего Катала. — Ты сделал это нарочно!
Райден подмигнул ей, ухмыляясь, как сам дьявол. — Я должен был. Я не смог удержаться, чтобы в последний раз не врезать этому самоуверенному ублюдку.
Затем он ушел, превратившись в дракона, и улетел за горизонт с Нирой на спине.
— Катал… — выдохнула Дуна, когда тени поставили ее перед самим мужчиной, который уже тащил ее за руку, направляясь к ее хижине. — Катал…
Призрачная рука закрыла ей рот, не давая говорить.
— Я знаю свое имя, жена. Я думал, что другие тоже знают, но, похоже, я ошибался. — Перед ними появился одноэтажный дом, и Катал рывком распахнул дверь, чуть не сорвав ее с петель. — Может быть, если бы ты кричала об этом остаток ночи, все, наконец, тоже узнали бы об этом. Раз и навсегда. — Затем он втолкнул Дуну внутрь, запер за ними дверь и погрузил их в атлас и грех.
ГЛАВА
33
Б
ессмысленный стон вырвался, когда ее охватил очередной оргазм. — Пожалуйста, — прохрипела она, не в силах поднять веки. — Хватит. Пожалуйста.
Катал высвободился и снова сел на корточки, наблюдая, как его сперма вытекает из сжимающейся киски Дуны. Затем в его руке появился толстый теневой член, и он наклонился и плюнул на ее вход, прежде чем засунуть в нее все целиком, засасывая и свою слюну, и сперму обратно внутрь глубокими, тщательными движениями, в то время как его настоящий член дергался и капал всего в нескольких дюймах от ее набитой дырочки.
Призрачные языки и рты лизали и посасывали ее соски, затем материализовался другой, гораздо более широкий призрачный язык и начал лизать ее клитор, в то время как его ладонь лежала внизу ее живота, в то время как Дуна лежала распростертая, связанная и без костей, на своей кровати, надавливая на него, пока он стоял на коленях между ее широко раздвинутыми ногами.
— Больше ничего? — он повторил ее слова низким мрачным смехом, с дикой интенсивностью работая игрушкой. — Немного поздновато для этого, милая. Я предупреждал вас обоих, и мало того, что он, блядь, снова прикасался к тебе, этот чешуйчатый ублюдок прикоснулся к тебе губами. — Он еще сильнее надавил на ее живот, увеличивая давление на внутренние стенки и чувствуя твердую головку тени под своей ладонью каждый раз, когда пронзал ее.
Дуна запрокинула голову, череда долгих, гортанных стонов и бесконечных всхлипываний наполнила воздух и смешалась с чавкающими звуками ее влажной киски.
— Черт возьми, ты идеальна. Такая нетерпеливая и готовая. Просто послушай себя. Пою самую сладкую мелодию для твоего мужа. — Его голос был грубым и хриплым, отчего ее кожа покрылась мурашками, а возбуждение усилилось. — Так чертовски мило… И этот УБЛЮДОК прикасался к тебе. СНОВА.
Прекрасная смертельная гримаса запечатлелась на его разрушительных чертах лица, когда Катал уставился на ее грязную киску, полностью вытаскивая фаллоимитатор, пока головка не освободилась, затем погрузил его обратно внутрь, трахая ее им, как сумасшедший, и подчеркивая каждое яростное слово толчком. — Его чумазые. Ебучие. Губы. Были на коже моей женщины. Толчок. — Трогая свою пару. Толчок. — Мою ЖЕНУ. Толчок. — Мою гребаную богиню и королеву. Мою. Ты моя. — Игрушка-тень испарилась, когда Катал схватил ее за бедра и пронзил своим настоящим членом. — МОЯ.
Спина Дуны выгнулась дугой, и она вскрикнула, ее запястья напряглись от веревок черного дерева, привязывающих их над головой к кровати. Еще больше теней в виде рук держали ее раздвинутые бедра и прижимали к матрасу, оставляя ее полностью во власти Катала.