– Очень красивые кресла, – сказал Патрик за моей спиной.
– Да, очень, – пробормотала я, подавляя волнение. – Лиам заказал их перед нашим отъездом.
Я изо всех сил старалась не заплакать. Патрик притянул меня к себе, поднял мой подбородок и ласково посмотрел в глаза.
– Сестричка, он вернется! Он, словно раненый зверь, ушел, чтобы зализать свои раны. И он хочет, чтобы никто этого не видел.
– Но зачем ехать так далеко?
– Не знаю, но ты должна быть терпеливой, Китти. Я, конечно, не успел как следует узнать его, но, думаю, ты ему дорога́. Я это понял в тот день, когда ему стало известно, что ты в поместье у Даннингов.
И он улыбнулся мне.
– В тот день я осознал, почему англичане называют хайлендеров дикарями и варварами. Я понял, что лучше не становиться у такого на пути!
Он наклонился, чтобы поцеловать меня в лоб, и тут входная дверь распахнулась и в дом вихрем ворвалась Сара. Увидев нас, она замерла на месте. Какое-то время она стояла, глядя на нас с Патриком круглыми от изумления глазами.
– Господи Иисусе! – вскричала она наконец и закрыла рот ладошкой.
Я отстранилась от Патрика. Мне было неловко, поскольку Сара наверняка истолковала происходящее превратно.
– Где Лиам? – резким тоном спросила она у меня.
Взгляд ее метался от меня к Патрику и обратно. Брат мой тоже выглядел смущенным.
– Лиам не приехал. Он…
– Что они сделали с Лиамом? – перебила она меня, побледнев как полотно.
– С него сняли все обвинения.
– Где же он, если так? Почему он не приехал и кто это такой?
– Если разрешишь мне вставить хоть слово, может, я и смогу все тебе объяснить! – начала сердиться я.
Она смерила презрительным взглядом сначала меня, потом Патрика, подошла к лавке и села.
– Для начала познакомься с Патриком, моим братом!
Серые глаза Сары широко распахнулись, и она охнула. Щеки ее в считаные мгновения залило румянцем.
– Господи, а я ведь… – пробормотала она едва слышно. – Я уже подумала, что…
Она пристыженно замолчала и покосилась на моего брата.
– Но когда я вошла, вы же… Ну, вы ведь…
Она нервно теребила пальцами выгоревшую на солнце золотистую прядь.
– Прости, Кейтлин! Я слишком тороплюсь с выводами, ты же знаешь.
Патрика наш разговор явно забавлял.
– Лиам вышел из тюрьмы и уехал… Уехал во Францию.
– Во Францию? – повторила она недоверчиво. – Но зачем?
– У него какое-то дело в Кале, – вступил в разговор молчавший до поры до времени Патрик. – Но через несколько недель он обещал вернуться.
Он подошел к моей золовке и с улыбкой поклонился ей.
– Теперь, когда вы знаете, кто я такой, могу я осведомиться, с кем имею честь?..
Сара вскочила и опустила глаза, не решаясь посмотреть в черные глаза Патрика.
– Я… Я – Сара, сестра Лиама.
Мой брат взял ее ручку и галантно поднес к губам, при этом не сводя с девушки внимательного взгляда из-под ресниц.
– Сара… Счастлив познакомиться! – тихо проговорил он.
Я кашлянула, призывая Патрика к порядку. Голос его стал вкрадчивым, а я знала, что так бывает, когда он хочет очаровать собеседницу. Сара медленно высвободила пальцы, которые он дольше, чем позволяли приличия, задержал в своей руке.
– Вы, наверное, проголодались? Дорога длинная… ну, из Эдинбурга… Если хотите, могу приготовить вам поесть!
– Это будет очень любезно с вашей стороны, – сказал Патрик.
Сара ответила ему милой улыбкой. Потом, словно бы вспомнив о моем присутствии, повернулась ко мне и стала забрасывать меня вопросами: о том, где я жила в Эдинбурге и что там видела, о столь неожиданном освобождении брата и о пути из столицы в Карнох. Я отвечала уклончиво, стараясь не вдаваться в детали.
– Кейтлин, я так рада, что ты вернулась! И рада, что Лиам на свободе, пусть он пока и не с нами! Нужно это отметить! Идемте ко мне, ты поможешь мне приготовить кролика, его принес Исаак.
– Исаак в деревне?
– Уже неделю. Он часто приносит мне что-нибудь съестное, когда…
Она замолчала и украдкой посмотрела на Патрика, не сводившего с нее глаз. Покраснев как маков цвет, Сара пробормотала что-то нечленораздельное и извинилась за свою невежливость.
– Я все болтаю и болтаю, а вы устали и проголодались! Совсем забыла, как подобает вести себя радушной хозяйке… Я…
Я по очереди посмотрела на них и поняла, что Патрик наверняка задержится в Карнохе ради прекрасных глаз моей золовки.