Я взяла его дрожащей рукой. С первого взгляда я догадалась, что это такое. Внизу был нарисован пентакль. Мои пальцы затрепетали. Мне пришлось взять листок двумя руками.
То, что судьба соединила, я разлучу. Да помогут мне в том адское пламя и моя ненависть! Во всех ее несчастьях да будет она сама повинна! Пусть они разлучатся, расстанутся, распростятся навеки! MAIL – NILTIAC
Увидев, что я прочла, Лиам взял у меня листок.
– Я нашел это вчера утром в щели между камнями над входной дверью. И тогда я понял. Колин не лгал мне. Но… я все равно сомневался, не знал, что именно ты чувствуешь к нему. Кейтлин, прости меня!
Он протянул мне маленькую бутылочку бронзового цвета.
– Еще я нашел там вот это!
Бутылочка была необычная, с длинным и узким горлышком и выпуклостью, на которой было изображено человеческое лицо с искаженными чертами. Лиам высыпал содержимое бутылки на прикроватный столик: изогнутые иголки, темные волоски и птичий череп, причем все это было пропитано желтоватой жидкостью с резким запахом.
– Что это такое?
– Попытка навести на нас злые чары, я полагаю.
– А тот листок? Кто-то нас проклял?
– Думаю, кто-то решил прибегнуть к колдовству, чтобы навредить нам и разлучить нас.
– Лиам!
Мой супруг стремительным шагом подошел к очагу и швырнул письмо в огонь. Вернувшись к кровати, он склонился надо мной и торжественным тоном уверенно произнес:
– Что Господь соединил, Он, и только Он, может разлучить. Собирай вещи, Кейтлин. Поедешь со мной!
Глава 21
«Как и мы прощаем должникам нашим…»
Не будь Инверари, единственный настоящий город в восточной части Хайленда, городом Кэмпбеллов и резиденцией органов королевской власти, он показался бы мне очень даже славным. У подножия огромного черного замка Инверари, на северном берегу озера Файн, в том месте, где в него впадает река Эрей, имелся небольшой порт, в котором стояло немало кораблей, в том числе французских и испанских. Конечно, сравнивать Инверари со столицей было бы глупо, однако это, бесспорно, был самый крупный и оживленный населенный пункт во всем Хайленде.
Жизнь в городе била ключом. Мои спутники – Лиам, Дональд, Ангус и Брайан – были как на иголках. Макдональды никогда не приходили в этот город в одиночку, тем более по своей воле! Словно овцы, оказавшиеся в волчьем логове, мы каждую минуту ожидали нападения и старались обращать на себя как можно меньше внимания. Задерживаться в городе дольше, чем это было необходимо, мы не собирались.
Богатство и мощь клана Кэмпбеллов предстали моему взору. Здесь же находился и достославный холм, на котором так много Макдональдов окончили свою жизнь в петле. Мясо Макдональдов, развешенное на ветках древнего дуба на потраву этим стервятникам-Кэмпбеллам… Однако не стоило забывать, что эти самые Макдональды дважды подвергли Инверари полному разграблению…
Мы остановились в маленьком трактире на окраине. Лиам отправил Дональда за новостями, и мы сели ждать его в общем зале за кружкой пива. Двое солдат-англичан за соседним столом то и дело украдкой поглядывали на нас. Лиам казался невозмутимым, но я знала, что его спокойствие показное: сам того не замечая, он постукивал пальцами по столу в паре сантиметров от своего заряженного пистолета.
Дональд вернулся в ту самую минуту, когда «красные мундиры» собрались уходить. Они столкнулись в дверном проеме. Дональд посмотрел на солдат с вызовом, давая понять, что не намерен уступать им дорогу, но, благодарение Богу, быстро одумался и посторонился. Лиам вздохнул с облегчением и залпом опустошил свою кружку.
– Сейчас мы ничем не можем им помочь, – сказал Дональд. – Их обвиняют в краже коровы, трех лошадей и двух бычков. И оценена эта скотина в четыре сотни шотландских фунтов.
Мгновенно помрачнев, Лиам поморщился и покачал головой.
– Боже, и о чем только эти два олуха думали? – воскликнул он и грохнул кулаком по столу.
Многие посетители трактира посмотрели на нас неодобрительно.
– Успокойся, Лиам, – прошептала я, тихонько погладив его по бедру. Мое прикосновение заставило его вздрогнуть.