– Но это женщина! – воскликнул он.
– А что может делать женщина в таком месте, да еще посреди ночи? – спросил другой.
– Болваны! Она тут не одна! – заявил третий.
– Я одна, – сказала я. – Больше в часовне никого нет.
– Никого, говорите? – спросил первый солдат, отталкивая меня от двери и грозя мне пистолетом. – Харрис, Бернс! – крикнул он. – Проверьте, не солгала ли нам дама!
Солдаты вернулись меньше чем через минуту.
– Никого нет, лейтенант!
Командир сплюнул и выругался. По тону его голоса я поняла, что он напряжен и расстроен.
– Где он? – спросил он зло.
– Кто?
– Я не идиот, миледи, – процедил он сквозь зубы. – Возле часовни две лошади! Значит, вас тут двое, либо вы украли эту лошадь!
Я вспомнила, что наши с Калумом лошади и правда привязаны к дереву в нескольких метрах от часовни, и солдаты их, конечно, увидели. Наверное, поэтому они и решили осмотреть окрестности.
– А если я скажу, что действительно украла ее? – дерзко спросила я.
Он подошел ко мне и провел пальцем по моей шее, прямо под подбородком.
– Жаль будет портить такую славную шейку веревкой!
Я посмотрела ему в глаза, с трудом проглотив комок в горле. В такой ситуации притворяться похитительницей лошадей было глупо. Но и правду открыть я ему не могла. Поэтому решила, что вообще ничего говорить не стану.
Лейтенант осмотрел меня с головы до ног в свете луны, и взгляд его задержался на посверкивающей стали моего кинжала, висевшего у меня на поясе. Он отнял его. Мой заряженный пистолет остался лежать на земляном полу в часовне.
– Расскажете свою историю капитану, – заявил он и повернулся к своим людям. – Обыщи́те окрестности, он наверняка где-то рядом. И я хочу, чтобы вы доставили его живым. Если получится…
Солдаты разбрелись кто куда.
– Ваше имя?
– М-м-м… Мирна, – пробормотала я.
Это было первое имя, что пришло мне в голову. Я решила, что на будущее нужно будет придумать себе несколько фальшивых имен и историй.
– Значит, Мирна… – прошептал лейтенант, обходя вокруг меня. – И что вы здесь делаете… Мирна?
– Я спала, а вы меня разбудили.
Он замедлил шаг, и я услышала смешок.
– Спали? – недоверчиво переспросил он. – Странное место для ночевки, тем более в одиночестве, вы не находите?
– Я путешествую одна, но не люблю ездить ночью.
Он ходил вокруг меня, словно хищник вокруг своей добычи. Я подумала, что, если он не перестанет, у меня закружится голова.
– Вот как? И вы всегда ездите на двух оседланных лошадях одновременно?
– На этот вопрос я отвечу, если его задаст ваш капитан.
Я надеялась, что с минуты на минуту мне представится случай выкрутиться из этой отвратительной ситуации. Лейтенант, потирая подбородок, озадаченно смотрел на меня.
– Как пожелаете. Нам сообщили, что сегодня ночью в этих краях будут орудовать контрабандисты. Недалеко от берега был замечен корабль. Так что сначала дождемся моих людей, а потом прогуляемся до Данди, где стоит наш гарнизон.
– Данди? Но я ведь ничего не сделала! Вы не можете…
– К рассвету доедем! – отрезал лейтенант тоном, не допускающим возражений. И, криво усмехнувшись, добавил: – Так что вам, дорогуша, все же придется ехать ночью!
Я рухнула на каменную скамейку у двери в часовню, молясь про себя, чтобы солдаты не нашли Лиама и его людей. К несчастью, Господь в этот раз внял другим молитвам: скоро несколько драгун вернулись, подгоняя штыками в спину Калума, Роберта Маккина и еще одного парня, которого я видела впервые.
– Лейтенант, эти болваны на берегу стреляли друг в друга! Настоящая бойня! Удалось поймать только этих троих. Еще несколько удрали с гружеными повозками.
– Появись мы чуть раньше, они бы от нас не ушли! – добавил второй. – Их было человек двадцать, а может, и больше. Бо́льшая часть направилась на север. Остальные – врассыпную. И все – хайлендеры.
Лейтенант посмотрел на меня, и во взгляде этом отразились обуревавшие его злость и разочарование. Потом он плюнул под ноги пленникам.
– Уведите! – приказал он и вытолкнул меня вперед.
Я перехватила взгляд Калума. Было ясно, что юноша горько досадует на себя за то, что не справился с поручением. Внезапно у меня за спиной кто-то взвыл от боли, потом послышался звук падающего тела. Я оглянулась и застыла на месте. Незнакомец, наверняка из банды Барбера, держал на мушке солдата. Второй солдат, у которого бандит отнял мушкет, лежал у его ног с ножом в животе. Бедняга стонал и извивался от боли на глазах у своего перепуганного товарища. Громыхнули два выстрела, и бандит упал.
В горле у меня пересохло, в висках стучало так, что голова, казалось, вот-вот лопнет. Лейтенант выкрикивал приказы, но мой рассудок словно заволокло туманом, и я различила только обрывки фраз. Бледный как полотно Калум отшатнулся, когда штык уперся ему в грудь. Двое солдат схватила Маккина за руки и потащили туда, где были привязаны лошади.