Девушка вышла в коридор и закрыла за собой дверь. Сделав шаг вперёд, она хотела было сделать ещё один, когда вдруг взгляд выхватил странную деталь. На границе света, в темном квадрате, где ещё не успел сработать датчик, она увидела силуэт. А затем услышала тихое рычание. Утробное, глухое, которое не может издавать человек.
— Хью? — окликнула Мэй. — Это не смешно!
И тут она заметила ещё кое-что: босые ступни. Сам неизвестный, стоял в темноте, но свет, почему-то, освещал их чуть лучше. Девушка сглотнула, невольно отпрянув ибо ноги никак не могли принадлежать Хью.
Отсутствие мизинца на левой ноге и характерная татуировка змеи, в чаше из-под вина, довольно четко свидетельствовали о том, что перед ней стоит Зак Никсен, труп которого привезли сегодня.
Мэй, покрывшись вдруг холодным потом, медленно подняла глаза, силясь рассмотреть ещё хоть что-то, когда вновь услышала рычание и короткий смешок.
А затем свет погас.
-1-
Благодарно кивнув бариста, высокий черноволосый мужчина забрал картонную подставку с двумя стаканчиками кофе и направился к выходу из кафе. В кармане его брюк призывно зазвонил сотовый, вынуждая остановиться на половине пути. Однако, пока он, перекладывая подставку из одной руки в другую, дотянулся до мобильника, тот замолчал. Зато ожила висевшая на его поясе рация.
— Детектив Дейв Кинг, приём! Пляши, дружище! В пяти милях от фермерских полей нашли труп! — радостно проорал динамик.
Сидевшие в кафе люди резко перестали жевать и уставились на брюнета, который, виновато улыбнувшись, пулей выскочил из помещения, попутно прорычав в рацию:
— Роб, ты ненормальный?!
— А че? — тут же отозвалась рация.
— Вся кофейня, мать твою, теперь в курсе, что у нас труп!
— Ой, да брось, бро. Часом позже, часом раньше. У нас тут слухи как лесной пожар разлетаются, сам ведь знаешь. Ладно, ты мне лучше вот что скажи: ты рад?
— Чему я должен быть рад, позволь узнать?
— Как это?! — возмущённо гаркнул собеседник. — Труп! А если есть труп, значит есть и повод заявиться к твоей Эрешкигаль.
— К кому, к кому? — невольно улыбнулся брюнет, отпирая дверь полицейского пикапа.
— Эрешкигаль — это богиня подземного мира Месопотамии. Боже, ты такой неуч.
— Мэй не Эрешкигаль. И при чем тут вообще Месопотамия?
— Агаааааа! Сразу понял о ком я! — весело хрюкнул динамик.
— Она в отпуске без содержания, — решил сменить тему Кинг.
— Она сегодня вышла на работу, олух. Я пять минут назад звонил и узнавал. Какого, кстати, дьявола, я должен делать всю работу за тебя? Кто из нас двоих в неё влюблён?!
— Будь проклят тот день, когда я тебе в этом признался... — вздохнул Дейв.
— Неблагодарная свинота!!!!!! Я, между прочим, для тебя стараюсь!
— Я всерьёз начинаю подумывать, что это ты убиваешь всех этих людей, лишь бы личную жизнь мне наладить.
— Пошёл ты! Короче, дуй туда, а я, и наш новый прохладный дружок, подтянемся примерно через часок.
Посмеиваясь, Дейв прицепил рацию в специальное отделение на приборной панели и выкрутил руль, выезжая с парковки. Без труда вклинив свою машину в общий поток транспорта, двигающегося по главной улице, Дейв сделал глоток кофе и улыбнулся, вспоминая слова Роба.
— Богиня Эрешкигаль… — повторил он и хмыкнул себе под нос. — А ей подходит.
Перед мысленным взором мужчины мгновенно материализовался образ Мэй Паркер, главного патологоанатома городского морга и девушки, сводящей с ума любого, кто её видел. Исключение, пожалуй, составлял лишь напарник Дейва — Роб Хилл, а вот самого Дейва сия чаша не миновала — в Мэй он влюбился сразу же как увидел.
Высокая, стройная брюнетка, с глазами оленёнка Бэмби и повадками королевы, вполне могла украшать собою мировой подиум, но избрала довольно специфичный образ зарабатывать на жизнь.
Дейв прекрасно помнил какой шок они испытали с Робом, приехав на очередное вскрытие и увидев вместо доктора Спенсера Кидби, больше похожего на своих «пациентов», чем на живого человека, эту невозмутимую красотку. И реакцию своего тела, когда её прохладные и тонкие пальчики скользнули в его ладонь для ответного рукопожатия в качестве приветствия, Дейв помнил тоже. Он до сих пор, при каждой их встрече млел, будто мальчишка, борясь с миллионами мурашек на коже, когда взгляд красивых карих глаз останавливался на нем.