Выбрать главу

Тетя Мишель, отвлекшись на Элизабет, пропустила очередную атаку Нейрин. Графиня Лазервурд нанесла сильнейший удар, отбросив Мишель к пьедесталу недалеко от Элизабет и Эрики, сильно раня ее.

- Ты слишком слаба! - смеясь надменно со зловещей удовлетворенностью промурлыкала Графиня Лазервурд. - Вот видишь? Как ты заблуждалась, думая, что справишься со мной?! – Добавила Нейрин торжествуя.

- Тц... Зараза... – Прошипела с разочарованием Мишель, осматривая рану.

Отлетев, Мишель, упала на колени, сжимая рану на боку одной рукой. Другой рукой она обнимала к себе прижавшуюся Элизабет и пряча ее за себя.

Мать, как яростная тигрица, ринулась в атаку.

- Как ты посмела напасть на мою дочь?! Как ты посмела причинить боль моей семье?! Не прощу… - проговорила Эрика сощурив глаза от еле сдерживаемой ярости.

Вновь и вновь формируя световой щит и нанося им удары по Нейрин. Щиты рассыпались от соприкосновения с извращенной магией, но его осколки липли к Нейрин, жаля ее как стая пчел. Искры магии вспыхивали, когда Эрика и Нейрин атаковали друг друга. Теплые потоки магии проникали через воздух, создавая пути для точных и быстрых атак Эрики, не давая возможности атаковать Нейрин. Вскоре сила, которую использовала Нейрин, стала иссякать, заставляя ее отступать.

- Ха-ха-ха! Ты действительно думаешь, что сможешь помешать мне? Ты всегда была тихой, слабой, бесполезной! - Язвительно скривив губы выкрикнула Графиня Лазервурд, искаженная гневом, показывая свою истинную сущность.

- Не смогла завоевать Лионеля, а теперь хочешь отомстить нашей дочери? Ты не способна ни на что большее, как заставлять других страдать! – скептически полюбопытствовала Мама Элизабет, и яростно сверкнув глазами она добавила с горечью покачав головой: - Говоришь обо мне, но сама являешься воплощением эгоизма и жестокости. Ты никогда не понимала, что настоящая сила происходит из любви, доброты и преданности.

-О, какие прекрасные слова, Эрика! Жаль, что они абсолютно бесполезны. Я разрушу все, чем ты дорожишь! – яростно проговорив, Графиня Лазервурд мстительно сощурив глаза.

- Ты забыла, Нейрин, что мать всегда будет защищать своего ребенка. – сосредоточенно проговорила Эрика. Отражая атаки, она продолжала наносить, как оказалось, сильные удары световым щитом, пытаясь ослабить бывшую невесту отца. - Ты больше не причинишь боль моей семье! Уверенно заметила мама.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вышедшая из себя Нейрин вновь атаковала Эрику Тёррнер с еще большей яростью, искры магии заполнили комнату. В один момент внезапно резкий аркан ранит Эрику, заставляя отступать, закрывая собой дочь и Мишель.

Следующий момент наполнил Элизабет ужасом и отчаянием. Видя, что мама ранена, и ее кровь заливает пол, Элизабет начинает неистово кричать от ужаса, пряча личико в объятиях тети Мишель.

- Все будет хорошо, успокойся малышка. Не позволю тебе причинить вред…- тихо говорит мама Элизабет.

Стоя спиной к двери, Нейрин была уверена в своей победе. Но внезапно со стороны послышался шум и с лестницы вылетают, вспотевшие от быстрого бега Лионель Тёррнер вместе с дядей Гайденом.

— Лионельчик?.. Но… он… — удивлённо произносит Нейрин, оборачиваясь и глядя на лестницу позади них.

— Что происходит? Нейрин! Не смей! — взволнованно восклицает Лионель Тёррнер, быстро оценивая обстановку и бросая взгляд на родных.

— О, вы оба здесь? Как это мило, — льстиво улыбаясь проговорила Нейрин.

— Если ты думаешь, что я позволю тебе причинить вред моим близким, то ты ошибаешься, — уверенно говорит Лионель, незаметно готовясь к схватке. Он сдерживает свою силу, чтобы дать возможность дяде Гайдену поставить щит и помочь жене и Мишель.

— О, милый Лионельчик… ну не драматизируй… ты всё ещё не понимаешь, что моё место рядом с тобой? Я же была твоей невестой. Ты — мой Лионельчик, мой и ничей больше. Я не раз подставляла Эрику, устраивала для неё провокации, одна из которых даже поставила вопрос об её отчислении из академии, в которой мы учились, ты помнишь это, ведь так? — Огорчённо проговорила Нейрин. Затем она коварно улыбаясь с хитрой усмешкой, тут же разъярённо добавила, — но даже тут ты сглупил, ничего не поняв.