Отец Леры не соглашался со своей матерью. Он был полностью на стороне дочери, одобряя ее развод. И единственное, на что пошел Валерий, — это не заявлять на Эдика в милицию. Да и то согласился он с этим лишь потому, что Лера попросила его об этом.
— Ты, Валера, оставил нас, а Дятлы дали нам семью, — пыталась убедить его мать. — И этого забывать нельзя.
— Да, я виноват. — Отец Леры не снимал с себя вины. — Но ты не должна забывать, что родных людей у тебя двое — я и Лера.
— Дятлы мне ближе, чем вы! Они понимают меня!
— Хорошо. Поэтому пусть они живут с тобой, ты можешь оказывать им материальную помощь, что угодно! Но только не нужно навязывать моей дочери этого Эдика!
— Твоей дочери! Вспомнил!
— Я и не забывал.
— Кроме денег, никакой заботы я от тебя не знала!
Да, Валерий присылал матери деньги, которых хватало на то, чтобы она не работала и при этом жила с Лерой в полном достатке. Но Валентина Сергеевна почти не тратила деньги сына, приучая внучку к скромности и бережливости в быту.
— Моя слабость обошлась очень дорого моей дочери, будь я с ней, она не узнала бы несчастья.
— Зато теперь я смогу помочь хорошим, порядочным людям. Тебя должно радовать, что деньги не были истрачены на шмотки или кулинарные излишества.
— Мам, поступай как хочешь, — вздыхал Валерий. — Только оставь свои попытки примирить Леру со своими Дятлами!
Вот и сейчас, когда Валентина Сергеевна застала дома сына и внучку, она решила не упустить момент. А тем более женщина была уверена, что при Вере Петровне возражений не будет, ведь и Валерий и Лера обещали ей не конфликтовать с Дятлами. Может быть, что-нибудь путное и выйдет!
— Здравствуйте, здравствуйте! — Валентина Сергеевна осторожно обняла и поцеловала Леру и даже чмокнула в щеку сына. — Вот и славно, что вы зашли! А мы с Верочкой Петровной очень кстати купили тортик.
— Спасибо, мам, но нам пора, — попытался отказаться Валерий. — Лере нельзя переутомляться.
— Ну хоть полчасика посидите с нами, — вступила в разговор Вера Петровна. — Я так давно не видела Лерочку, ведь к ней не допускали посетителей!
— Нет, мы не сможем остаться, — твердо ответила Лера и взяла отца под руку — теперь у нее была надежная опора. — До свидания!
И тут все заметили, как изменилось лицо Веры Петровны — из благодушной свекрови она вмиг превратилась в оскорбленную невинность.
— Что ты себе позволяешь, Лера? — возмущенно, громко сказала Вера Петровна. — Как ты посмела пренебречь моим сыном?! Ты не захотела и даже не постаралась понять его! — Свекровь гневно сверкнула глазами. Терпение ее лопнуло, и она решила поставить все по своим местам сейчас, а не ждать, пока разногласия уладятся постепенно. — Эдик объяснил мне, что проблема в вашей половой жизни! Но пойми, Лера, дорогая моя, ведь такова наша женская доля и никуда нам от этого не деться. — Вера Петровна шумно сглотнула, она разволновалась не на шутку. — Я получала удовольствие, лишь когда Эдик сосал мою грудь! Да если бы не возраст, я рожала бы каждый год, потому что родовые муки — ничто, их можно вытерпеть ради наслаждения, получаемого от ребенка, сосущего грудь! Что же сделаешь, если мужчины не способны на это!
Валентина Сергеевна восхищенно смотрела на подругу — Вера переступила через себя, заговорив о запретном, лишь бы помирить сына с невесткой.
— Лера? — Бабушка обратилась к внучке, уверенная в положительном ответе. Ведь не оценить по достоинству поступок свекрови Лера не могла!
— Мне очень жаль вас, — тихо ответила Лера, глядя в глаза Вере Петровне. — Жаль, что вы не узнали, что это такое — быть счастливой с мужчиной.
— Но… — не поняла Вера Петровна. — Что ты хочешь этим сказать?! Ты, значит, это узнала?!
— Валерия! — грозно прокричала Валентина Сергеевна. — Что ты себе позволяешь?!
Внучка впервые пошла против бабушки.
Валерий же открыл дверь, желая поскорее увести дочь из этого дома: скандал им был не нужен — Лере нельзя было волноваться.
Но Валентина Сергеевна, возмущенная поведением внучки, ошеломленная ее эгоизмом, черствостью и нежеланием понять близких, шагнула за Валерием и Лерой на площадку.
— Я хотела, чтобы ты была счастлива, но раз ты сама этого не хочешь, — Валентина Сергеевна преградила им дорогу, — так знай: твой Игорь искал тебя, но узнал, что ты погибла под развалинами дома.