— Катя…
— Знаешь, я попыталась в ДЭЗе что-нибудь узнать, но квартира в частной собственности, и они со мной даже разговаривать не стали. — Катя вздохнула. — Лер, хватит дурью маяться, давай обратимся в какое-нибудь детективное агентство, нельзя настолько полагаться на судьбу. Вдруг твой ангел-хранитель устал? Что же теперь, ждать, когда он раскачается?!
— Да? — Лера взяла на руки своего любимого Винни-Пуха и крепко прижала игрушку к груди.
— Да, — кивнула Катя. — И давай не будем ждать, пока Игорь решится поехать в квартиру. Давай попытаемся найти его: мы же знаем, что он Игорь Дмитриевич Вавилов, москвич…
— Давай! — Лера заплакала с новой силой. — Давай, Катюш… И… я поеду с тобой!
Лера уткнулась лицом в Винни-Пуха. Этот игрушечный медвежонок уже столько раз помогал ей успокоиться и набраться сил.
Медвежонок обхватил ее лапками и прижался к Лере своим мягким тельцем.
Глава 39
Винни-Пух держал в лапках горшочек с медом. Этот желтенький игрушечный медвежонок вот уже девять месяцев жил с Игорем Вавиловым. И жили они в «министерском» доме вместе с Всеволодом Николаевичем.
С родителями Игорь жить не смог, они старались заботиться о нем, а это лишний раз напоминало о несчастье.
О том, чтобы уехать в свою квартиру, и мысли не возникало — Игорь и без того остро ощущал отсутствие Леры, а уж там, где они провели счастливые часы, он и вовсе бы все сильнее и сильнее ранил свою душу.
«…Я самым счастливым побуду на свете, одно лишь мгновенье, сегодня с тобой…»
Игорь все свободное время проводил в воспоминаниях о тех нескольких счастливых мгновениях. И с каждым прожитым днем память обостряла эти воспоминания, делая их более четкими и подробными.
Более того, Игорь был уверен, что в тот день Лера забеременела. И временами он отсчитывал дни и представлял, на каком месяце беременности она могла бы быть…
— Знаешь, Винни, ты мог бы стать игрушкой нашего малыша, — обращался Игорь к медвежонку. — Но получилось так, что ты стал единственным, что у меня осталось от Леры…
Не проходило и дня, чтобы Игорь не думал о Лере. Он думал о единственной женщине, с которой познал любовь. И с каждым днем ему становилось тяжелее, с каждым днем он яснее осознавал, что больше счастье не повторится. И не вернется…
Уже девять месяцев Игорь безразлично, тускло смотрел на жизнь. И он даже не заметил, что лето в этом году уже стартовало с жаркой, обжигающей позиции.
«Если бы ничего не случилось, то Лера на днях родила бы, — вот как Игорь отсчитывал и чувствовал время. — Мы бы купили деревянную кроватку, и комната-лужайка превратилась бы в детскую… А возле дома мы гуляли бы с нашим малышом…»
И тут в памяти Игоря возникла красочная детская площадка, находящаяся возле его дома.
— Еще Лера обратила внимание, что двор очень тихий и уютный, — пробормотал Игорь.
И впервые за прошедшие месяцы Игорь почувствовал в себе силы, которых хватит на поездку к дому, где он был счастлив с Лерой. Мужчина почувствовал, что хочет увидеть и этот дом, и двор, и уютную детскую площадку.
Как обычно, никого и ничего не замечая, Игорь покинул свой автосалон. Серебристая «ауди» Игоря стремительной кометой метнулась к притягивающей ее цели…
Игорь промчался по новой эстакаде на проспекте Мира и плавно съехал к Яузе, миновал трамвайные пути и покатил по привычно пустынной Сельскохозяйственной улице. Слева замелькали дома-близнецы, в одном из которых и была квартира, хранящая память о счастье Игоря. Но въехать во двор Игорь не смог. И даже уже подумал, что он не сможет это сделать и что напрасно поддался порыву и приехал сюда.
Но, достигнув перекрестка, Игорь повернул налево. А потом еще раз налево. Он не спеша объезжал квартал, где стоял дом, который он так хотел и так боялся увидеть.
И тут Игорь решился. Он направил свой автомобиль в глубину дворов и уже через минуту увидел ту самую площадку, воспоминания о которой и подтолкнули его на поездку. «Ауди» остановилась перед подъездом, и тут же Игорю вспомнилась их с Лерой последняя встреча: вот они вместе входят в подъезд, вот поднимаются на свой четвертый этаж, вот открывают дверь…
Игорь приоткрыл дверцу машины и уже одной ногой ступил на асфальт…
— Нет!
Дверца резко захлопнулась, и «серебристая комета» рванулась с места. Игорь не смог приблизиться к ускользнувшему счастью.