Валерия встрепенулась и поспешила в комнату бабушки — Валентина Сергеевна лежала на полу.
— О Господи, бабуля!
Лера бросилась к бабушке, она очень волновалась, но все же сумела сосредоточиться — нервная дрожь отступила, уступая место решительности. Валерия проверила пульс — все в порядке, бабушка была жива, она лишь потеряла сознание. Девушка быстро достала пузыречек с нашатырным спиртом. И вскоре Валентина Сергеевна судорожно вздохнула, жадно хватая ртом воздух, — она пришла в себя, хотя взгляд еще не прояснился.
Валерия первым делом дала бабушке нитроглицерин, а потом быстро принялась растирать ее озябшие руки и ноги. Вскоре она уже смогла усадить Валентину Сергеевну, прислонив к креслу.
Валерия вызвала «скорую помощь» и тут же помчалась к аптечке за горчичниками: необходимо было как можно лучше согреть бабушку. Она поставила ей горчичники на шею и облепила желтыми прямоугольниками голени женщины. Лера укутала Валентину Сергеевну несколькими одеялами и с нетерпением посматривала на часы: «скорая помощь» никак не приезжала.
Через двадцать минут Валерия стояла в уголочке комнаты и смотрела на хлопочущих возле бабушки врачей: они измеряли Валентине Сергеевне давление, вводили ей какие-то лекарства, успокаивали, уверяя женщину, что все будет прекрасно.
Доктора предложили поместить бабушку в больницу. Ей необходимо было побыть под наблюдением врачей. Поскольку такой сильнейший гипертонический криз случился впервые, то нужно понаблюдать за больной и установить курс лечения.
Валерия помогла довести бабушку до машины и поспешила домой, чтобы собраться.
Вскоре она выбежала из подъезда и, миновав лабиринт дворов, побежала в сторону больницы, благо она находилась на их улице.
Лера часто оглядывалась, высматривая трамвай, но ни разу не обратила внимания на машину, не спеша следующую за ней…
Валерия пробыла с бабушкой до восьми вечера, до того как время посещений закончилось. И все эти часы, проведенные у постели Валентины Сергеевны, Лера не думала ни об Игоре, ни о Валерии, этом таинственном Валерии, который мог оказаться ее отцом. Она думала лишь о бабушке и молилась о ее здоровье. И сотни раз сказала себе, что она должна сделать все, лишь бы бабушка поправилась и больше никогда не страдала от этого мучительного заболевания.
Но вот как это сделать?..
Валерия вышла из больничного корпуса и, вдохнув ароматнейший апрельский воздух, с удивлением посмотрела на небо — снеговые тучи исчезли, и на черно-синем куполе блестела ярко-хрустальная звезда.
— Неужели зима закончилась? — спросила Лера светящуюся звезду. — Эх, если бы… Если бы и моя жизнь изменилась так же быстро, как и сегодняшняя погода! И если бы она стала такой же чистой, как это вечернее небо.
Лера перешла дорогу и побрела в сторону дома. Путь был не близкий, улица, на которой она жила, была очень длинной. Но Валерия решила прогуляться — хотелось подышать нахлынувшим на Москву свежим воздухом. Да и подумать было о чем. И время для размышлений теперь настало…
Улица была пустынна. Лишь изредка проезжали ярко освещенные трамваи, еще реже мимо проскакивали автомобили, но Валерию это не смущало. Она давно привыкла к их пустынной улице с трамвайными путями посередине. И вся эта привычная уличная обстановка давала Валерии возможность спокойно подумать…
Она размышляла об Игоре и о том, как же примирить бабушку с мыслью о предстоящих переменах, неминуемых переменах.
Размышляла о таинственном Валерии: как же Лера хотела, чтобы этим человеком оказался ее отец! И не важно, по каким причинам он не подавал о себе вестей, не важно. Главное, чтобы он оказался жив, чтобы он был у нее!
Лера шла, погруженная в свои мысли, и ничего не замечала вокруг. Она не заметила на своей пустынной улице человека, шедшего за ней. Она не услышала звука его шагов.
Наконец Лера дошла до лабиринта из домов и дворов, в котором жила, и свернула в арку. Девушка невольно улыбнулась: она, заходя в арку, часто вспоминала, что в детстве они с Катериной играли в эхо, выкрикивая что-нибудь, бегая в этой огромной арке.
Но улыбка мгновенно исчезла с ее лица — Валерия услышала громкое эхо чьих-то четких шагов. Лера постаралась ничем не выдать охватившего ее испуга: да мало ли… просто человек идет к себе домой… Девушка лишь внимательнее прислушивалась к звукам идущего позади нее неизвестного.
Волнение немного отступило, когда человек обогнал Валерию: по его походке было понятно, что он торопится.
Но вдруг мужчина остановился, чтобы прикурить. И…