— Сон? Нет, моя госпожа, я реален, так же как и вы, так же как и этот дом, как и эта комната.
— Нет, я сплю, это мне снится, я сейчас проснусь, и все закончится, весь этот кошмар! — продолжала возражать девушка. Она зажмурилась и боялась открыть глаза.
Сияс чувствовал ее страх, и ему почему-то это нравилось… нравилось, что она его боится.
— Нет, прошу тебя, отпусти меня, я не хочу… не хочу умирать…
Мальчишка рассмеялся, демону желаний было смешно то, как смертная боится смерти, то, как она не хочет оказаться в руках этой костлявой старухи.
— Не хочешь умирать? Не хочешь… — хватка ослабла сама собой, Сияс отпустил девушку, его взгляд стал пустым, безжизненным, словно его душа сейчас была далеко отсюда, оставив в комнате лишь оболочку.
«Ты демон, поэтому тебя она боится, ты не принесешь ей ничего, кроме несчастья и смерти, ничего, кроме боли...» — слова сами зазвучали в его голове, руки сжались в кулаки до хруста костей, голова потихоньку опустилась, теперь он смотрел в пол, словно его наказали за какой-то проступок.
— Мне не стоило тебя пугать, а тебе не стоило покупать меня в магазине, в этом чертовом магазине… все так сложно и одновременно так просто, — смех… он смеется, его плечи подрагивают от злорадного смеха, но, на самом деле, он плачет, плачет, пряча слезы за истерическим смехом.
— Тебе не стоило приносить меня в этот дом! Тебе стоило выбросить меня на мусорку или оставить той нищенке! А ведь она говорила тебе, что кукла проклята, а ты, глупая, ее не послушала! — он подошел так быстро, а в лунном свете его кожа казалась совсем мертвой и бледной, как настоящий фарфор.
— Глупая, глупая Меги, бедная Меги, к черту все, хочешь, чтобы это закончилось, пожелай, загадай желание, давай… — лицо мальчишки перекосило от ярости и злости, он схватил девушку за руку и толкнул в сторону дивана.
— Ненавижу к черту весь ваш мир, пусть он сгорит за один миг, и вы в том числе, мелкие, глупые людишки!
Вокруг все затряслось, словно началось настоящее землетрясение, стекла из окон стали вылетать, словно на них обрушился ураган.
Меги прижала свои руки к ушам и вскрикнула, ей было страшно. Удивительно, что на шум не спустилась Сьюзен, как она может спать, когда здесь такое твориться?!
— Вижу, ты не в настроении Сияс, — послышалось с порога дома.
Мальчишка вздрогнул, ветер прекратился, словно ничего и не было, трясти тоже перестало.
Демон желаний повернулся в сторону голоса и побледнел еще больше: в проеме входных дверей появилась тень. Молодой высокий шатен, с очень привлекательной внешностью, прошел в гостиную и осмотрел комнату, засунув руки в карманы своих брюк, слегка присвистнул.
— Ну и ну, а ты даже не изменился за столько столетий, твой характер стал еще скверней, чем был раньше, младший брат, — еле уловимая улыбка мелькнула на лице незнакомца. Но все же мелькнула, заставляя Сияса еще больше нервничать.
— А вы, молодая леди, и есть хозяйка моего неугомонного братца. Думаю, стоит вас отблагодарить, ведь вы избавили меня и моих родственников от большой проблемы: мы годами разыскивали тюрьму, в которой удерживали моего брата, а вам удалось не только ее найти, но еще и освободить его из плена.
Меги с недоумением наблюдала за происходящим, твердя про себя, что ей все это снится.
— Не волнуйтесь, я пришел не за вами, хотя за такой поступок стоит вас отблагодарить. Просите у меня что хотите, и я ... — он отвесил девушке низкий поклон до самого пола, — просите у меня что хотите, и я в миг это исполню, но есть один нюанс, — он поднял указательный палец вверх, словно хотел показать девушке что-то на потолке, — вам придется за это отдать мне самое ценное, что у вас есть, — лицо незнакомца быстро менялось, с каждым словом оно становилось менее приветливым и более кровожадным, словно у хищника, — вам придется отдать мне…
— Заткнись! — неожиданно сказал Сияс и накинулся на незнакомца.
Девушка больше не могла на это смотреть и оставаться рядом с этими двумя, воспользовавшись потасовкой, Меги выбежала на улицу и бросилась наутек.
А из тени высокого дуба, что рос неподалеку от ее дома, за всем наблюдала старя нищенка, старуха практически сливалась со стволом дерева, при этом ничем себя не выдавая.
— Бедная девочка, бедная твоя душа, но еще есть время все исправить, еще есть время спастись... — проговорив это, старуха побрела обратно к церкви, смеясь, ведь в глубине души она радовалась тому, что сейчас происходило на ее глазах, как будто знала, чем все закончится.