— Что-то не так, дочка?
Несмотря на все ухищрения Мари, испытанное ею потрясение не укрылось от пытливого взгляда Милика.
— Я просто очень устала, папа!
— Отдохни, малышка.
Почувствовав тревогу отца, Мари прижалась головой к его плечу, пытаясь обрести силы и спокойствие.
18
Вскоре жителям острова пришлось выдержать новый удар судьбы. По радио передали сообщение: поисковики обнаружили потерпевший крушение многокорпусник Кристиана Бреа, но, к несчастью, шкипера на борту не оказалось. В портовом кафе воцарился траур. Раздавленная этой новостью Анна уже оплакивала брата.
Мари узнала об этом, когда находилась в пути. Съехав на обочину, она попыталась осмыслить случившееся. Невероятно. Кристиан не мог просто так исчезнуть. Она всегда считала, что на море ему нет равных. В голову закралась страшная мысль: а что, если жених погиб из-за нее? Потеряв веру, он прекратил бороться со стихией и решил навсегда остаться в море. И Мари вновь ощутила справедливость жестоких слов, что она проклята.
Телефон завибрировал: звонил Люка. Вызов она не приняла.
Волнуясь и негодуя одновременно, Ферсен выключил телефон. Ведь Мари обещала оставаться на связи! Потом он догадался, что ей тоже стало известно о Кристиане и захотелось побыть одной. Он пожалел, что не может разделить ее печаль, и в то же время почувствовал ревность к тому, из-за кого она сейчас страдала.
Техник — дылда с редкими волосами — продолжал распространяться об особенностях новых камер видеонаблюдения, которые он только что установил в Ти Керне. Резко оборвав парня, Люка отошел, чтобы ответить по телефону.
— Да, слушаю. Отлично. А помимо Переков и Ле Бианов, нет ли сведений о Жанне Кермер? — Он нахмурился. — Уверены? Выигрыша в лотерею не было? Спасибо, Франк. Мари пока ни слова. До скорого.
Вдохнув полной грудью, Ферсен на минуту задумался, потом направился к автомобилю. Если он собирался узнать, где находилась Мари, стоило обратиться к ее отцу.
Милик его терпеливо выслушал, однако, узнав, что майор разыскивает дочь по служебной надобности, продолжал молчать, словно ждал от него чего-то другого.
— Не хочу оставлять Мари в одиночестве в такой тяжелый для нее момент, — прибавил Люка со всей искренностью.
Тогда Милик рассказал ему о месте, где Мари с детских лет залечивала душевные раны.
В самом дальнем конце заброшенной пристани Люка увидел миниатюрную фигурку. Мари сидела, повернувшись лицом к морю. Какое-то время он смотрел на нее, не обнаруживая своего присутствия, потом тихо подошел и сел рядом. Он не стал ее утешать, а после недолгого молчания заговорил о деле, сообщив, что у Переков не было накоплений, достаточных для строительства лабораторий.
— Страховки Эрве Легелека тоже не существовало.
Он так и не осмелился сказать, что Жанна солгала о выигрыше в лотерею. Но цель была достигнута: Мари оживилась.
— Переки, увы, больше ничего не смогут объяснить, а вот Ивонну придется допросить еще разок.
— Слушаюсь, шеф, — шутливо произнес Ферсен, поднося руку к воображаемому козырьку. Они поднялись и вместе пошли к машине. — Мари, я знаю о Кристиане и выражаю искреннее сочувствие.
На ее лице промелькнула улыбка.
— Как ты меня нашел?
— Отец сказал, где ты уединялась в детстве, когда бывала чем-то огорчена.
— Он правильно сделал.
Затаившись под лестницей, точно хищник, подстерегающий добычу, Ивонна с отвращением наблюдала за Пьерриком, который явно был чем-то взволнован. Тряся огромной головой, неловкими руками он вытащил из-под обшивки стоявшего в гостиной помпезного, отделанного мрамором камина маленькую металлическую шкатулку. Спрятав ее в тряпках, с которыми он не расставался, немой, урча от нетерпения, поднялся по лестнице, ведущей в спальни.
Словно паук, Ивонна неслышно выбралась из своего укрытия и, держась на расстоянии, пошла за ним.
Войдя в комнату Ронана, Пьеррик вывалил на его постель содержимое шкатулки — несколько банкнот и монеток, составлявших все его богатство. Прервав сборы — он складывал вещи в большую дорожную сумку, — юноша стал протестовать: он не примет от Пьеррика такой жертвы.
— Не беспокойся, все будет в порядке, на континенте у меня есть друзья.
Но Пьеррик, собрав деньги, сунул их в сумку, показывая жестами, что он качает ребенка. Тронутый заботой дядюшки, Ронан поцеловал немого.
— Спасибо, Пьеррик, ты очень добр. Обещаю: когда малыш родится, я сразу вышлю тебе фотографию.