— Зою Анатольевну любят у нас, — заметил Тухлебов.
— Вы тоже? — засмеялся Володя.
— И я, — заулыбался Игорь Святозарович. — Грешен: люблю Зою Анатольевну. Что есть хорошего на складе — в ее отряд раньше всех отправлю. Будь помоложе да пофигуристей, испытал бы свое счастье. Ей-богу, этак по-старинному сделал бы предложение и колени бы преклонил.
…Чувство новизны прогоняло сон. В остывшей печи дотлевали угли. Вырубленные в дверце круглые дыры обозначены блеклым светом. В темноте только их и видно. Да еще прямоугольники окон выделяются на стене темной и звездной глубиною. Издали звонко гудит своими перекатами река. В спальном мешке непривычно и как будто тесно. Олег долго смотрит в окна и, ему кажется, видит темно-синие, цельные, не разделенные ущельями махины гор.
Мысли сами собой текут по одному руслу. Вся эта история началась там, в клубе, когда он увидал Полесову и ему захотелось пригласить ее танцевать. Сколько было раньше таких встреч, знакомств? Но прежде ему никогда не приходило на ум гнаться за своей симпатией на край света. Признаться, и этот свой вояж поначалу Олег представлял в виде увеселительной прогулки посреди экзотических декораций в натуральную величину. Попутно можно собрать неплохой материал для газетной полосы. Завершалось все встречей где-нибудь у грохочущего водопада. Зоя не узнает его. Олегу приходится напомнить:
«Роскошный замок с колоннами в стиле последних Людовиков. Космический свет затерянных под потолком желтых плафонов. Музыка. Вспомните доблестного рыцаря, который приглашал вас танцевать, а потом кинулся спасать от одного негодяя с кастетом в кармане».
«Ах, это были вы? — изумляется Полесова, и радостная улыбка появляется на ее лице. — Признаться, тогда я приняла вас за сообщника негодяя».
Дальше все течет как по маслу. В газете появляется серия блестящих очерков, подписанных двумя буквами «О. С.» Один экземпляр послать ей, потому что очерки будут о их партии. Потом — когда там геологи возвращаются с полевых работ — встреча в порту. Обязательно достать букет цветов. А потом… Не все ли равно, чем все это кончится. Весь смак случайных знакомств не в конце.
Теперь все менялось. Оказывается, уголовник в сером пальто — бывший ее муж. Не будет встречи у водопада, отменяются улыбка и шутливый разговор, а может быть, и встреча в порту, и цветы тоже. Вряд ли Полесову обрадует вмешательство постороннего человека в личные дела.
Олег стал уже бояться завтрашней поездки и встречи с Зоей.
…Он еще долго ворочался в мешке. Нужно было вспомнить что-то очень важное. Чего добивался этот тип — Владимир Пескарев — от Полесовой, от бывшей жены? Ясно: тогда в клубе она ждала его, он назначил свидание. Возможно, он хотел восстановить прежние отношения, а Полесова была против. Нет, не то. Есть же какая-то деталь — Олег знает ее, но не может вспомнить.
И вдруг вспомнил.
«Можете передать: карту он не получит». Это сказала Полесова ему, Олегу, в подъезде геологического управления. Тогда она в самом деле приняла его за сообщника Пескарева.
Значит, Пескареву, отбывшему срок заключения где-то в этих местах, вдруг понадобилась карта. Какая карта? У геологов, конечно, должны быть карты. Но зачем карта Пескареву? Не собирается же он в туристический поход?!
И еще кастет. Странное совпадение: следователя, который ведет дело Сверкуна, тоже ударили кастетом. Уж больно необычное оружие. Кто сейчас пользуется кастетами?
«Преступники». — Это сказал милиционер. — «Город в Казахстане, вторая буква „е“? — спросил он. — Не знаете? Тогда я вам ничего не могу сообщить».
Девочка с двумя смешными косичками убежала за угол сарая.
«Колька! Колька, к те…» — Мальчишка зажал ей рот.
«Я тебе побазлаю!»
«Это, наверно, из-за фотографии».
…Олег вздрогнул и снова увидел комнату. Наверно, он спал недолго, потому что печка не остыла. Прямоугольники окон стали четче, и контуры гор в латунной глади снегов возникли за ними. Олег догадался: взошла луна.
Фотография. Сейчас он понял, мысль о ней все время не давала покоя. Было в поведении мальчишек такое, что исключало просто игру. Олег и тогда подумал об этом, но сразу же отмахнулся от догадки. А нужно было остаться в Байдуне. Может, снимок и не имеет никакого отношения к делу Сверкуна. В самом деле, я, кажется, в детектива превращаюсь.
Тухлебов и Володя встали рано. Олег тоже поднялся.
— Поспите еще часок-другой, — почему-то шепотом сказал Тухлебов. — Пока оленей пригонят, да со склада получат… Я разбужу.