— Вам не кажется, что вы взяли не того, за кем охотитесь?
— Помалкивай.
— А все-таки, — настаивал Олег. — Разрешите представиться: журналист Савотов, нахожусь в командировке. Документы лежат в левом нагрудном кармане.
Шедший впереди лейтенант остановился, пристально посмотрел на улыбающегося Олега.
— Где, говоришь, документы?
— В левом кармане.
Лейтенант расстегнул телогрейку, достал из кармана паспорт и командировку.
— Похоже, в самом деле не тот человек. Документы в порядке, — сказал он, изучив паспорт Савотова.
— Липа, наверно, — сказал стоящий сзади. — У меня есть фотография Пескарева.
Капитан вышел вперед, посмотрел в лицо и на фотокарточку. Взял из рук лейтенанта документы Савотова.
— М-да, — сказал он. — Непохож. За каким дьяволом занесло тебя сюда? Что ты здесь делаешь?
— Это уж другой разговор. В двухстах пятидесяти метрах отсюда стоят палатки геологов — я спустился оттуда. Человек, которого вы ищете, был здесь вчера. Нож я отнял у него. Кастет не успел отобрать — он бежал. Но все это я смогу объяснить гораздо лучше, если вы развяжете мне руки. Можем даже пойти в гости к геологам. Только и здесь кому-то нужно дежурить, ждать Пескарева, если он уже не побывал.
— Не побывал. Судя по всему, его интересовал вот этот портфель.
Объемистый кожаный портфель, затянутый двумя ремнями, находился под мышкой у капитана милиции.
…Олег показал место, где накануне встретил Пескарева. Овчарка взяла след и натянула повод.
Капитан предупредил:
— Увидите, пошел далеко — возвращайтесь. Значит, спугнули, попытается бежать.
Лейтенант и милиционер с овчаркой ушли по следу.
— Мне-то со старыми осколками в ноге в самую пору за ворами гоняться, — объяснил капитан. — Сюда еле-еле притопал — и отказала. — Только сейчас Олег заметил, что капитан сильно хромает. — Да и нет смысла гоняться за ним. Не в сыщики-разбойники играем. Отсюда две дороги: в Байдун и в Чату. Там и там ждут голубчика.
— А я ведь приехал в командировку отчасти и по делу Сверкуна, — сказал Олег. Нельзя было упускать возможность выведать кое-что у капитана.
— С делом Сверкуна ясно: золото нашли, — капитан небрежно похлопал по портфелю. — Вот она — последняя улика.
— А как вы узнали, где золото?
— Узнали просто: Чипизубов догадался, вспомнил, что примерно в том месте, где догнали Сверкуна, было ущелье.
— А Пескарев? Почему он оказался замешанным в это дело?
— А это уже другая история. Или, точнее, продолжение той же. Чипизубов, когда смекнул, где спрятано золото, хотел на другой день ехать за ним, если пурга уймется. А пока время было, со Сверкуном решил закончить — заставить его признаться и передать дело в суд. Вспомнил: соседский мальчишка Иванов фотографией увлекается, а прошлой весной ездил на оленях в Чату — у них там какой-то сбор устраивали вместе с эвенкийскими ребятишками. Чипизубов рассудил: мальчишка по дороге наверняка фотографировал — все-таки горы и прочее такое — вдруг да на счастье найдется какой снимок ущелья за перевалом, тогда он на допросе ошарашит Сверкуна: скажет, где золото, да еще и фотографию места выложит. Тому останется только признаться. Фотография у мальчишки нашлась, только Сверкун продолжал запираться из одного уже упрямства, из отчаяния — понял: тюрьма.
А тут этот Пескарев на несколько часов оказался в одной камере с ним. В столовой пьяную драку учинили, Пескарев там был, но в драке замешан не был — взяли его по ошибке, через три часа выпустили.
А для Сверкуна эти три часа — будто сама судьба надежду подарила. Раскусил он, что Пескарев как раз тот человек, который ради золота на все пойдет. И не ошибся. Рассказал ему все как есть: спрятал за перевалом Большие Скалы, в ущелье на левом берегу Брунды. Снимок места есть у мальчишки Иванова. Если Пескарев возьмет золото раньше следователя — Сверкун спасен. Но у Пескарева задача возникла: названия Большие Скалы и Брунда для него пустой звук — он не здешний, местность не знает. Начни расспрашивать старожилов — лишние свидетели, да и не каждый знает, другой жизнь провел в Байдуне, а в Чату ни разу не ходил, тем более сейчас — вертолеты да самолеты. Значит, нужно достать карту и фотографию. Фотография могла быть у мальчишки. Вот он и решил, что пацана облапошить нетрудно будет. Нагрянул к ребятам, взял их на испуг: мол, я старший следователь, для контроля прислан, мне нужна фотография такая же, как у следователя Чипизубова. Только молчок, никому ни слова, вам я доверяю. Мальчишкам тоже лестно помочь в таком деле, тем более, что тайну хранить нужно. Они потом даже своим ничего не хотели говорить — для них тайна есть тайна, дали слово не разбалтывать, ну и молчали. Уже после, когда я им объяснил все, рассказали мне.