Он же вышел через главные двери.
Его ноги задрожали, стоило ему сделать шаг вниз по ступенькам. Потом другой. И, наконец, последний, ступив на брусчатку и круговую парковку перед домом.
С трудом передвигая себя вперед, он обходил большой белый особняк, держа направление к задней части, к чужому грузовичку, который ему дали в аренду из-за отзывчивости, как к члену семьи.
Или, по крайней мере, из-за желания помочь члену семьи…
— Эдвард… Эдвард!
«Конечно», — подумал он, продолжая хромать вперед. Естественно, просто так уйти он не мог.
Саттон легко догнала его. Она схватила его за руку, он все равно хотел двигаться вперед, но ноги сами собой остановились: как всегда, его тело было подвластно ей, исключая его самого. И о, было видно, что она очень расстроена, дыхание было учащенным, хотя она проделала всего лишь короткий путь, а глаза были просто огромными.
— Она не узнала тебя, — сказала Саттон. — Она просто… не узнала тебя.
Боже, она была настолько прекрасной. Ее красные губы. Темные волосы. Высокая, статная. Он знал ее уже очень давно, долго мечтая о ней, и думал, что уже не сможет восхищаться ею, что ее красота больше не будет так на него воздействовать. Но нет, видно это был не тот случай.
Его фантазии о ней заставляли его двигаться вперед. То, что произошло в поместье… он еще долго будет вспоминать об этом.
— Эдвард…, — ее голос дрогнул, он ощутил боль, которую она чувствовала к нему, словно это была его собственная боль. — Эдвард, прости.
Прикрыв глаза, он резко рассмеялся.
— Ты хоть представляешь, как сильно мне нравится, когда ты произносишь мое имя? Мое имя своими губами? На самом деле, это довольно печально.
Когда он вновь открыл глаза, она в шоке смотрела на него.
— Я не в своем уме, — услышал он свои слова. — В данный момент.
Он ощущал себя так, словно у него в голове был темный чердак, с полок которого валились разные вещи, кувыркаясь и переворачиваясь, ударяясь об пол и рассыпаясь на множество осколков.
— Прости? — прошептала она. — Что?
Взяв ее за руку, он сказал:
— Пойдем со мной.
С колотящимся сердцем, Саттон последовала за Эдвардом, пока он хромая вел ее вперед. Она хотела спросить, куда они идут, но выражение его лица, заставляло ее следовать за ним молча. Да, на самом деле, ее не волновало. Будь то гараж. Поле или берег реки.
Она готова была идти за ним в любое место. Хотя это было безумием.
Его действия не вызывали… сомнений у нее.
Как обычно.
Они подошли к задней части дома, когда он распахнул двойные двери, несколько официантов слонялись по кухне, ослабив свои галстуки, были видны зажженные сигареты, а также составленные друг на друга переносные холодильники со льдом с красной эмблемой U of C, ожидали, когда их погрузят в грузовик Форд.
Эдвард обошел официантов и направился в бизнес-центр.
Перед зданием было пусто, не было всевозможных марок дорогостоящих припаркованных машин перед фасадом. Окна были темными, возможно потому, что шторы задернуты. Но никто не входил и не выходил из бизнес-центра.
И у него не возникло проблем, чтобы попасть внутрь, как только он подошел к двери и нажал код.
Внутри воздух был прохладным и сухим, темнота вокруг, если учесть, что потолки были относительно низкими, Саттон подумала, будто попала в пещеру… очень хорошую пещеру с мягким ковром, картинами на стенах, полностью оборудованной кухней, она слышала об этой кухне, но лично никогда не пробовала то, что на ней готовилось.
— Что мы здесь делаем? — спросила она, двигаясь за его спиной, когда он продолжал прихрамывая, вести ее вперед.
Он ничего не ответил. Ввел ее в конференц-зал… и закрыл дверь.
Запер.
Комната освещалась по углам лишь тусклыми лампочками аварийного освещения, королевские синие шторы плотно задернуты, словно были застегнуты на молнию, отчетливо виднелась глянцевая поверхность стола, на которой в центре стояла какая-то цветочная композиция.
Вокруг этого огромного стола стояло двенадцать кожаных кресел.
Он отодвинул кресло, стоящее во главе стола, в сторону, а затем повернулся к ней. Придвинулся ближе, осматривая ее с головы до ног.