Телефон Лейна снова зазвонил. И на долю секунды ему захотелось швырнуть его через стол прямиком в огромное окно.
— Я абсолютно вас понимаю, — сказал он, забирая документ, сворачивая и убирая назад во внутренний карман пиджака. — Спасибо, что уделили мне время.
— Я хотел бы быть более полезным вам. — Роберт поднялся со стула. — Клянусь, я пытался уговорить твоего отца продолжить страхование, но он не захотел. Хотя он понимал, что это пошло бы на благо вашей семьи.
В этом и заключается вся история жизни этого парня… не думать о благе семьи.
«О, отец, — подумал Лейн. — Если бы ты не был уже мертв…»
Глава 38
Пока Лэйн был в деловом центре города, выясняя вопрос о страховом полисе отца, пытаясь придумать, как найти хоть какие-то деньги, Джефф ожидал его перед Истерли, полный счастливого триумфа, солнце пригревало ему лицо и каменные ступеньки, на которых он сидел, словно на обогревателе. Как только он начал подумывать воспользоваться защитным лосьоном для загара, услышал урчание двигателя Porsche внизу холма. Спустя буквально несколько минут, Лейн остановил машину перед ним и вышел.
Джефф ничего не стал спрашивать, он все прочел по его лицу.
— Это не помогло?
— Ничего.
— Черт побери. — Джефф поднялся на ноги и смахнул пыль с задницы.
— Послушай, нам нужно поговорить.
— Можешь дать мне одну минутку? — Джефф кивнул, парень сказал: — Жди здесь. Я скоро вернусь.
Буквально через несколько секунд, Лейн вышел из особняка.
— Пойдем со мной.
Джефф нахмурился.
— Ты взял молоток?
— Ага, и гвозди.
— Ты собираешься что-то починить? Без обид, но ты совсем не похож на человека, способного что-то чинить. Мне нужно знать. Я тоже не способен, а я прожил с тобой… сколько я с тобой прожил вместе?
Лейн вернулся к своей машине, наклонился к пассажирской двери, открыл бардачок и вытащил…
— Постой-ка, это что, пистолет? — воскликнул Джефф.
— Ага. Парень, ты наблюдателен, как никогда. Пошли.
— Куда мы собираемся? Я что должен сам пойти к своему собственному концу?
Лейн направился через двор, но не к постройкам, а в совершенно другую сторону. В лес. Явно собираясь пристрелить своего давнего соседа студента.
— Лейн, я задал тебе вопрос. — Но Джефф все равно последовал за ним, не получив ответа. — Лейн.
— Конечно, ты должен пройтись.
— На самом деле, я не заинтересован становиться твоей Большой Киской.
— Для этого нужно желание двоих.
Лейн продолжил свой путь, углубляясь в клены и дубы, Джефф следовал за ним, ему хотелось узнать, какого хрена тот делает.
Они прошли еще пятьдесят ярдов или около того, наконец, Лейн остановился и осмотрелся вокруг.
— Здесь.
— Надеюсь, ты не попросишь меня вырыть своими же собственными руками могилу? На этом наши отношения действительно закончатся.
Но Лейн подошел к совершенно мертвому дерев, его ветви без листьев и частично полый ствол выделялись на фоне остальной зелени. Положив пистолет в наружный карман льняного пиджака, он достал бумаги… и прибил их к гниющей коре.
Затем направился к тому месту, где стоял Джефф, сунул два пальца в рот и свистнул с такой силой, пронзительно, что похоже даже в третьем поколении бабушка Джеффа услышала из своей могилы. Слышно было в самом Нью-Джерси.
— Впереди! — крикнул он во всю глотку.
— Разве так не кричат в гольфе…
Аплодисменты! Рукоплескание! Хлооооопоооок!
Лейн был отличным стрелком, пули кромсали документ, разрывая на куски бумагу, которая опадала на затхлые листья в ярко-зеленую траву.
Когда обойма пистолета опустела, Джефф посмотрел на своего давнего друга.
— Парень, ты сумасшедший южанин со своим уровнем надежности. Просто из любопытства, что это было?
— У моего отца был ключевой полис страхования жизни на семьдесят пять миллионов долларов, как главы компании «Брэдфорд бурбон». Оказывается, последние месяцы он перестал выплачивать взносы, поэтому он превратился всего лишь в бумажку.
— Понятно. Такие вещи лучше знать. К твоему сведению, большинство людей всего лишь выкинуло бы эту бумажку. Это я так, к сведению.
— Да, но сейчас выпустив всю обойму в этот листок, я получил несказанное удовольствие, видно, слишком устал от плохих новостей. — Лейн повернулся к нему лицом. — Что ты хотел мне сказать?
— У тебя остались еще пули в этой штуковине?