Он вспомнил, когда упал с моста. Иронично, он был готов к жесткому падению в воду, подготавливая себя выдержать, выжить, всплыть, хотя думал, что вода его убьет.
В реальности, настоящим падением было то, что было действительно опасным для самой личности. И это никак не относилось к реке.
Река его спасла.
«Я тоже люблю тебя», — произнес он одними губами.
И тогда он услышал свои собственные слова:
— Следующая.
Бог зерна отложил «сожженую» карту…
А потом все ахнули.
Туз червей.
— Мать… — Ленге не закончил проклятие.
А Лейн? Он посмотрел на мисс Аврору, которая совершенно не следила за игрой. Ее глаза были закрыты, а голова запрокинута назад, только губы шевелились.
И позже, гораздо позднее… эта картинка часто всплывала у него в памяти, мисс Аврора обеими руками сжимала Лиззи, все ее тело было напряжено, как бы тянулось в молитве, к ее вере в своего Бога и Спасителя и она настолько была сильной, Лейн мог поклясться, что она была в состоянии вызвать чудо прямо с небес.
Он взглянул на Рембрандта. И тот факт, что Иисус Христос, смотрел на его маму, ему показался таким правильным.
— Думаю, ты останешься в семье, — пробормотал он, обращаясь к картине.
Разразилось всеобщее ликование, и Ленге был джентльменом во всем, он подошел к Лейну, который протянул ему руку для рукопожатия, но парень сгреб его в свои сильные объятия. Лейн смутно осознавал, как Мак и Джефф бросились к нему и стали трясти его, пока у Лейна не стали стучать зубы, Лиззи от радости прыгала вверх-вниз, и даже Джин и Амелия поймали общий кайф и тоже радовались.
Ленге явно был немного шокирован. Но если учесть, что вы вдруг должны кому-то пятьдесят миллионов долларов? Мир, действительно, может немного пошатнутся.
Лейн это точно знал, можно сказать испытал на собственной шкуре.
— Знаешь, — сказал Ленге Лейну, — если бы я не видел это собственными…
— Я тоже.
— И ты должен знать, ты хороший парень. Ты боец и у тебя все получится. У тебя все будет очень хорошо, сынок.
Ленге улыбнулся ему такой честной и открытой улыбкой, что Лейн не знал, что ему делать.
— Шампанское, — объявил Бог зерна толпе. — Вам Брэдфордам есть что отпраздновать!
Раздался еще один раунд аплодисментов, мужчина покачал головой.
— Мне же предстоит очень жесткий телефонный разговор. Парень, я похоже буду спать на диване… месяцы после этого.
Лейн засмеялся, а Лиззи обняла его, и они поцеловались.
— Я позвоню Монтеверди прямо сейчас, — сказал Лейн. — А потом мы выпьем шампанское.
Она нагнулась поближе к нему.
— А затем…?
— Я почувствую себя таким уставшим, что мне необходимо будет пойти спать, — сказал он и поцеловал ее. — С любовью всей моей жизни.
— Я не могу дождаться, — прошептала она ему в губы.
Глава 52
На следующее утро до завтрака Лейн повез Джона Ленге обратно в аэропорт на своем Porsche. Он сбавил скорость при въезде через контрольный пункт и помахал охраннику, Ленге глянул на него.
— Знаешь, это была адская игра.
Лейн снова нажал на газ и повез их мимо здания консьерж.
— Да, именно так. Действительно адски трудная игра.
— Я до сих пор не могу поверить в это. Ну, удача отвернулась, и никто с этим не поспорит.
Опять снизив скорость, Лейн въехал через открытые ворота в ограждении, остановившись на взлетной полосе у самолета Ленге, поджидающего его.
— Честно говоря, я до сих пор не могу прийти в себя. Я вообще не спал этой ночью.
— Я тоже, только по другой причине, — рассмеялся Ленге. — Но, по крайней мере, жена до сих пор со мной разговаривает. Она расстроена, но любит меня больше, чем все эти игры.
Лейн остановил свой спортивный автомобиль за пару ярдов от трапа, который как блестящий металлический язык спускался вниз.
— Она, на самом деле, отправит вас спать на диван?
— Неее. — Ленге выбрался из машины и потянулся к своему маленькому чемодану, лежащем на мизерном заднем сиденье. — У нее мерзнут ноги, и ей необходимо, чтобы я согревал ее по ночам.
Лейн поставил машину на ручной тормоз и вылез наружу. Ленге направился к лестнице, но потом остановился, Лейн сказал:
— Я никогда не забуду это.
Ленге опустил свою тяжелую огромную руку на плечо Лейна.
— То, что я сказал прошлой ночью, сынок, правда. У тебя все получится. Я не говорю, что будет легко и тебе не придется бороться, но ты правильным курсом ведешь свой корабль. Я горжусь тобой.