— Сколько зерна тебе нужно?
Тут заговорил Мак.
— На шесть месяцев было бы просто отлично.
Ленге присвистнул.
— Это очень много.
— Мы предоставим вам отличные условия по договору, — сказал Лейн. — Большую процентную ставку, и вы сможете получить обеспечение в виде склада с баррелями бурбона. И неважно, чтобы не происходило внутри нашей компании, наш продукт отлично продается, и бурбон пользуется повышенным спросом. Денежный поток со временем восстановится и не будет проблемой.
Ленге сделал какой-то странный звук носом, что Лейн практически почувствовался запах горящего дерева, Лейн подумал, что все кончено.
— У нас с тобой есть общий знакомый, — сказал он. — Боб Гринблатт?
— Инвестиционный банкир? — кивнул Лейн. — Я знаю его.
— Он сказал, что ты играешь в покер.
— Я перекидывался с ним картами, да.
— Ты обыграл его, это ты имеешь в виду? — Ленге улыбался во все зубы, вытирая пальцы о бумажную салфетку. — Я не знаю, понимаешь ли, но я немного азартный человек. Моя жена христианка. Она не одобряет… но закрывает глаза на мой блажь, ну, ты понимаешь.
Лейн прищурился.
— Что конкретно вы хотите?
— Ну, я получил приглашение прийти попрощаться с твоим отцом от вашего дворецкого. По электронной почте, для меня это стало полной неожиданностью, но, конечно, это экономит деньги на рассылку официальных писем, мне понравилось. В любом случае, я собирался вернуться в город, что, если ты и я заключим дружеское пари с некоторыми техасцами. Мы могли бы играть на зерно. Вот, что я имею в виду. Твоя семья первая стала покупать у меня зерно. — Ленге кивнул Маку. — Все благодаря твоему отцу. Я сел на автобус, проехал три штата, потому что у меня не было денег на машину, и Большой Мак, как мы его называли, познакомился со мной, и мы заключили сделку. Он заказал у меня четверть от всего объема. Потом половину. А через три года я стал единственным поставщиком кукурузы, а позже и ячменя.
— Мой отец всегда с уважением отзывался о вас, — сказал Мак.
— Это было взаимно. В любом случае…, — мужчина повернулся к Лейну, — я думаю, что нам стоит сыграть на зерно.
— Я до сих пор не совсем врубаюсь в суть.
Это было не совсем правда. Он, конечно, же лично не участвовал в процессе изготовления бурбона, но он не был полным идиотом. Шесть месяцев поставок зерна было колоссальным количеством, и если перевести это в деньги, то… Учитывая, что его портфель акций состоял из девяноста девяти процентов КББ, а на данный момент компания могла оплатить это зерно также, как астматика поставить на уборку сена… он понятия не имел, как он сможет получить такое количество денег, чтобы вступить в игру.
Ленге снова пожал плечами.
— Я буду поставлять вам полгода кукурузу, рожь, ячмень бесплатно, если ты выиграешь.
— А если я проиграю?
— Тогда ты должен будешь оплатить все не сразу, но со временем.
Лейн нахмурился.
— Послушайте, не хочу вас отговаривать от игры, которая, конечно же, мне выгодна, но разве это справедливо? Вы в результате получаете то, что я и предлагал, оплату за зерно.
— Первое, я люблю вызов. Второе, мой инстинкт говорит мне, что у тебя очень и очень большие финансовые трудности, вернее яма, из которой ты пытаешься выбраться. Молчи, ничего не говори, это не столь важно, я думаю, что ты не можешь заплатить мне прямо сейчас и даже в ближайшем будущем. И несмотря на твое предложение, по поводу обеспечения моего интереса в тысячи бочек? Ты разве не собираешься продать их, чтобы сохранить Компанию «Брэдфорд бурбон», потому что без наличных у тебя не будет дохода, чтобы выплачивать заработную плату и кредиторскую задолженность поставщикам. Вот почему я делаю это. Ну, и есть еще одна причина.
— Какая?
Ленге пожал плечами.
— Ваша семья делает, на самом деле, лучший бурбон на планете. Моя чистая прибыль свыше миллиарда долларов… так что я могу себе это позволить, помочь компании, которая поставляет мой любимый бурбон, — он подался вперед и снова улыбнулся. — И знаешь, что самое важное? Умение производить такую вещь, гораздо более ценно, чем попасть в загородный клуб. Поверь мне.
Джин вошла в оранжерею Истерли, сделанную по последнему слову техники, здесь благоухали гиацинты и прекрасные лилии в пропитанном влажностью воздухе. Через высокие, застекленные окна, среди грядок, с растущими цветами и величественными образцами орхидей, ее будущая невестка стояла, запустив руки в горшок с землей, с таким же грязным пятном сзади на шортах цвета хаки. На Лиззи не было макияжа, волосы поддерживались чем-то похожим на резинку.