— Вот. Теперь — ваша правда.
— Возможно. Но вы-то, батюшка, каковы? Вам-то ведь надлежит идти до конца, до последней минуточки убеждать меня в обратном. Спасать грешную душу.
— Это сон.
Напомнил снова. Негромко. Никакого тебе раздражения или, к примеру, назидательности.
— Запамятовал, простите! Но вернемся к лестнице, раз уж предъявили именно ее. Как я понял, на верхней ступени все закончится. Как же именно? Молния? Стрела? Копье? Другое разящее оружие? Десница Божья? Или этого до поры знать не положено?
— Отчего же? Все просто. Естественно. Я бы сказал, закономерно. Падение.
— Откуда?
— С высоты. Той, которая — по вашему разумению — достигнута. Согласитесь, это в высшей степени логично.
— Так. Понятно. Действительно просто. И со вкусом, ничего не скажешь. Долго падать?
— Сообразно с законами материальной природы.
— Ма-те-ри-аль-ной?!
— Так ведь тело — до поры — будет с вами. Душа к тому времени обретет уже некоторую ясность. Относительно лестницы прежде всего. Падение ее не испугает. Пока, впрочем, для вас это слабое утешение.
— Отчего же? Я понял. На деле-то лестница ведет вниз. Куда же падать с последней ступни? Ниже нижнего? Действительно не страшно.
— Надеюсь, Господь не оставит вас и тогда…
Он поклонился слегка и собрался вроде бы уходить.
Аудиенция, дескать, закончена. Объяснения даны. Приняты. И поняты.
Чего ж вам боле?
А вот чего.
— Постойте, святой отец. Раз пошла у нас такая откровенность…
— Слушаю.
— Растолкуйте заодно про тех, кто на лестнице… Вернее, ту… Она-то при чем?
— Видели кого-то?
— И даже говорил. Как теперь с вами.
— Так ведь это то же самое, что встречи в коридоре. В тоннеле. Вы про это читали когда-то. Если забыли, так теперь самое время вспомнить.
— Вроде умершая родня…
— Не обязательно. Тот, кто ждет.
— Ждет — зачем?
— Чтобы отдать долги. Или востребовать. Вам лучше знать.
— Как востребовать?
— Каким образом, вы хотели спросить?
— Вот именно. Каким?
— Как будет решено.
— Кем, разрази вас гром?
— Тем, кто вправе.
Терпение мое лопнуло.
Какого лешего, в конце-то концов!
Что за право такое? Кем дано, где предусмотрено?!
Я играю по правилам. Ну… пусть не всегда. Иногда — нарушаю. Да что там иногда — часто. Однако ж всегда известно, что преступил. Какую черту. Чем и как могу поплатиться. Кто спросит.
Это просто и внятно.
А другое…
Библейские истории, разумеется, известны.
Так ведь сказку про серого волка тоже знаю с пеленок. Прикажете теперь каждой твари зубастой, воющей на луну, со слезами бросаться на мохнатую грудь?
Некорректное, полагаете, сравнение?
Евангелие, стало быть, — о другом? О жизни отнюдь не сказочной. Свод законов и правил. Причем наиглавнейших. Вселенских. Допустим.
Но где же санкции? Какова процедура? Объясните мне четко и ясно: кто, за что, каким именно образом — вправе карать виновных? И главное! Продемонстрируйте неотвратимость наказания. Тогда, возможно, поверю. Приму. Подчинюсь.
Так нет же! Ничего подобного.
Миллионы ежедневно и ежечасно преступают ваши заповеди, попирают самым безобразным образом — и ничего. Процветают в благополучии. Зажигают. И счастливы безоговорочно.
И я вместе с ними. И мне — хорошо.
А потом появляется Лестница.
Дохлая тетка припоминает замшелые долги.
Тощий поп поучает.
Шел, оказывается, не в том направлении. Вел себя как-то не так. Не милосердствовал. Грабил нищих. И за это — расплата.
Кто сказал? Где написано? Кем решено?
«Тем, кто вправе…»
Не знаю такого!
Ни разу не видел, не ощущал даже мимолетного присутствия!
Я еще не выбрался толком из чертова сна, не сообразил, что происходит, но уже в лютой ярости отшвырнул одеяло, сшиб тяжелую лампу с тумбочки у кровати, разбил плафон, рассадил до крови руку.
И проснулся.
Все наконец-то стало на свои места.
Прояснилось.
Я ничего не боялся. Был ко всему готов. К любым неожиданностям.
Хотя — откровенно говоря — знал наверняка: никаких неожиданностей не последует. Кончились неожиданности.
Впереди — полная и абсолютная ясность.
Оттого — на душе светло и покойно.
Существует, правда, одно отвлекающее обстоятельство.
Неоконченное дело.
Не слишком, впрочем, обременительное. Потому что знаю, как именно следует его завершить. Где. В какие сроки.