— Черт возьми, Эдвард.
Он замолчал и попытался проигнорировать блеск в ее глазах.
Через минуту он сказал:
— Прости.
— За что? Что ты не предоставил мне выбора прямо перед тем, как сел в тюрьму? Или за убийство своего отца?
— Саттон, ты не должна сталкиваться с таким, — начал он отвечать, — в своей жизни. Я знал, что попаду сюда. Что ты ожидаешь от меня услышать?
Она наклонилась вперед.
— Я ожидала, что ты не лишишь меня моего выбора. Так поступают взрослые люди с другими взрослыми людьми.
— Ты новый глава корпорации «Ликеро-водочные заводы Саттон», которой всю свою жизнь руководил твой любимый отец. Тем, кем ты стала сейчас, …. сейчас ты более чем когда-либо должна следить за своим окружением, и ты знаешь, что…
— Хватит, — она немного повысила голос. — Хватит пытаться скрывать, что ты струсил.
— Ты пришла сюда, чтобы спорить со мной? Потому что я не верю, что твоя повестка дня подразумевает посещение тюрьмы.
— Нет, я пришла сюда, потому что твой брат попросил меня увидеться с тобой, и еще потому что Лэйн достаточно умен, поняв, что если не подключить к этому вопросу Рэмси, ты тоже откажешься со мной встречаться.
Эдвард скрестил руки на груди.
— Лейну уже давно стоит оставить все так, как есть.
— Мисс Аврора спрашивала о тебе. В больнице.
Теперь Эдвард внимательно смотрел на нее, прищурившись.
— Она пришла в себя? Последнее, что я слышал, она плохо себя чувствует.
— Очевидно пришла, потому что она снова и снова требует тебя к себе.
— Я удивлен, что не Лейна.
— Я думаю, он тоже несказанно удивлен. — Наступила пауза. — У тебя есть предположения, почему она вдруг почувствовала необходимость увидеться именно с тобой прямо перед смертью?
Эдварду стало тяжело дышать, однако он не показывал этого.
Он медленно отрицательно покачал головой, сделав все, чтобы не показывать своего волнения.
— Нет. Без понятия.
Глава 20
Саттон сидела напротив Эдварда, и внутренне разрывалась перед выбором. Ей хотелось выяснить все по поводу их отношений (или, черт возьми, что это было между ними?), но вопрос сейчас стоял более важный и более значимый. Когда ей Лейн позвонил из больницы, она поняла, что он был раздражен и шокирован одновременно, судя по тому, что он ей рассказал с шокирующей откровенностью, она поняла, почему он был так расстроен.
И, конечно, она сама вызвалась посетить Эдварда.
Она не лелеяла в себе мысль, что сможет оказать волшебное влияние на человека, хотя Лейн думал, что только она и сможет. Эдвард Болдвейн всегда шел своим путем, и она была бы полной дурочкой, если бы вдруг предположила, что сможет до него достучаться.
Но она обязана была попробовать.
— Совсем никаких предположений? — подсказала она ему. — Ты не представляешь, почему с губ мисс Авроры слетело твое имя?
— Может, она беспокоится о Лэйне и хочет, чтобы я ему помог. Я не знаю. Спроси ее.
— Ты знаешь, что на ферме Red&Black имеются камеры наружного наблюдения?
— С чего вдруг мы стали говорить о моей ферме? Я думал, дело касается мисс Авроры.
— Камеры. — Она подняла палец и указала на потолок. — Под крышами конюшен?
— Мне кажется, что мое время закончилось, я должен идти…
— Сядь, — она подскочила, как только он стал подниматься на ноги.
Брови Эдварда приподнялись. И видно на ее лице отразилась такая решимость, что он медленно опустился назад на металлический стул.
«Хороший ход с его стороны», — подумала она, потому что она была готова бороться с ним, если придется.
— Ты не покидал ферму в ночь убийства, — объявила она. — Не отрицай. На камерах нет ничего, ты и никто другой не покидали территории… и ты не использовал грузовик, ни ты, ни кто другой, хотя ты сказал обратное, но кадров на пленки нет.
— Ты делаешь одолжение моему брату, не так ли? Скажи ему пусть остановится на теории.
— Лиззи нашла нож в квартире мисс Авроры этим утром.
— Она шеф-повар. И как известно, шеф-повара пользуются…
— В полиэтиленовом пакете. За фотографией в рамке Лейна.
Эдвард положил руки на стол и подтолкнул себя вверх.
— Я ухожу. Путь у тебя в жизни будет все хорошо, Саттон… и я желаю тебе именно то, что сказал.
Саттон позволила ему подняться и похромать к двери, даже разрешила ему постучать в дверь. Но почему-то никто не появился.
— Охрана, — позвал он.
— Они не ответят тебе, — сказала она, не оборачиваясь.
— Почему?