Понимая это, я лишь беспомощно разводила руками. Как искать такого партнера? Где взять смелость озвучить такие желания? Казалось, это путь в тупик, в полное одиночество. Я смирилась с мыслью, что мои фантазии так и останутся фантазиями, спрятанными глубоко внутри, под слоями повседневной рутины и подушкой-коконом.
Но жизнь, как это часто бывает, обладает ироничным чувством юмора и удивительным талантом расставлять все по своим, неожиданным местам. Она уже готовила сюрприз.
Часть 2
Моя специальность – конфликтология. Звучит масштабно, не
правда ли? На деле это означало, что я учусь предвидеть, предотвращать и улаживать столкновения интересов любого масштаба. От дипломатических переговоров на уровне посольств – до банальной разборки в подворотне между
подвыпившими соседями. До вожделенной свободы «вольных хлебов» оставался всего год. Год, который, как я тогда думала, пройдет в привычной рутине. Как же я ошибалась.
Утро второго сентября не предвещало ничего революционного. Мысли о парах вызывали лишь скуку – на нашей кафедре редко появлялись преподаватели, способные зажечь искру интереса. Исключения были, но скорее
подтверждали правило. Проснувшись в шесть утра (мой внутренний будильник бил точнее механического), я, как всегда, проигнорировала завтрак – мой желудок наотрез отказывался принимать пищу на рассвете – и отправилась в альма-матер.
Как педантичный (и слегка занудный, чего уж там) заместитель старосты, я первой взяла ключ, открыла аудиторию и погрузилась в ожидание. Ожидание коллег и – что куда важнее – нового преподавателя по «Конфликтам в
организации». Моя привычка быть первой, эта «гребанная педантичность», как я сама мысленно ворчала, снова взяла верх. Тиканье часов на стене казалось
невыносимо громким.
Группа подтягивалась неспешно. Пара официально началась уже минут десять назад, а лектора все не было. Ситуация банальная, почти родная, но мою врожденную ненависть к непунктуальности это не отменяло. Каждая лишняя
минута ожидания затягивалась, как резина.
И тут дверь распахнулась. Но первым в аудиторию ворвался не человек, а аромат. Стойкий, дорогой, явно мужской парфюм – древесно-кожаный, с холодным оттенком пряностей. Он заполнил пространство, опережая своего владельца на несколько шагов. И лишь затем на пороге появился он.
— Добрый день, — голос прозвучал властно, перекрывая
последние шепотки. — Меня зовут Иван Артурович. С этого дня я ваш преподаватель по «Конфликтам в организации». Предупреждаю сразу: поблажек в конце семестра ждать не стоит. Вопросы?
Внешне он… впечатлял. Ростом заметно выше среднего, фигура подкачанная, но без перебора – чувствовалась функциональная сила. Орлиный нос (ах да, моя слабость!) придавал лицу резкую, почти скульптурную выразительность. Темные, слегка вьющиеся волосы были безупречно уложены. А этот парфюм… Я, известная помешанная на ароматах, с тонким обонянием, оценила его мгновенно: дорого, изысканно, безупречно подобранно. Но тон. Он резанул слух. Надменный, снисходительный, будто обращающийся не к студентам-выпускникам, а к нерадивым школьникам. И я не смогла промолчать.
— В каком смысле, «поблажек не будет», Иван Артурович? —
спросила я четко, глядя ему прямо в глаза. — Подразумеваются какие-то экстраординарные требования к сдаче экзамена?
Его взгляд, тяжелый и оценивающий, медленно скользнул в мою сторону. И внизу живота что-то ухнуло – резко, почти болезненно. Знакомый всплеск адреналина, как перед прыжком с высоты. Опасность? Вызов? И то, и
другое.
— Это значит, — произнес он с ледяной четкостью, — что я
лично подберу для каждого из вас организацию. Там вы пройдете недельную профессиональную практику. Не справитесь с поставленными задачами – будете не
аттестованы. Точка.
По аудитории прокатился волновой эффект: возмущенное
шипение, вздохи, переглядывания. Полгруппы совмещало учебу с работой – вырвать целую неделю было немыслимо.
— Если кого-то это не устраивает, — голос Ивана Артуровича
перекрыл гул, как нож масло, — милости прошу в деканат. Но спешу разочаровать: программа согласована с кафедрой до последней запятой. Я – приглашенный